В своей исходной жизни я неоднократно слышал о том, как рыси людям приносят добычу — но это речь всегда шла о прирученных уже зверях. Однако я вроде уже котиков понимать научился и точно знал: эти звери не приручаются. Совсем не приручаются, но они могут человека «принять в свою стаю» — и соседняя рысь вроде нас решила как раз в свою стаю и принять. И это при том, что я ее и видел-то в лесу всего пару раз… правда, как раз когда я ей свою «дань» приносил, так что похоже, мы со зверем друг друга поняли. Совсем, похоже, поняли, и я теперь вроде даже за хищников моих мог не бояться, если они захотят в лесу поохотиться. Лучше, конечно, это не проверять, но ощущение осталось.

Кстати, зайцев в лесу было очень много — если по следам судить. Но вот эту зверюгу я никогда не умел добывать, так что и не заморачивался. А вот Неряша решила заморочиться: луков-то у меня два было и она решила тоже охотой заняться. Ну да, после первой попытки выстрелить из «монгольского» лука она визжала как резаная — это когда я ей рану от тетивы йодом заливал, но зато она осознала, что рукавицу я на левую руку не от мороза надеваю, и дела у нее пошли на лад. Правда, за всю зиму она только двух зайцев смогла подстрелить, но добыла очень вкусную косулю, так что «зимний стойловый период» у нас закончился тем, что все население моего дома изрядно размордело. То есть перестало напоминать жертв Освенцима, и это меня порадовало: на следующий строительный сезон у меня вызрели довольно агрессивные планы. Тем более, что у меня появилась целая кожаная палатка — и я уж как-нибудь сумею объяснить Неряше, что в исходном виде она куда как менее ценна, чем в качестве «рабочего материала»…

Однако весна (наступившая уже ближе к концу апреля) обеспечила и других забот более чем достаточно: я же про сельское хозяйство не забыл несмотря на обильную мясо-рыбную диету. Правда, «эти» мне хотя бы одну захудалую стальную лопату не подкинули, но я вспомнил, чему меня учила еще Гых — и грядки вскопал просто заостренной палкой. Потому что мне они пока еще очень небольшие потребовались — у меня всего зерна (даже если все зерна смешать) и набралось-то с полстакана — однако это отнюдь не стало поводом их не посеять. Причем в «тщательно подготовленную почву»: я даже почву эту избавил он сорняков (просто после обустройства грядок разложив на них костры), а затем добавил подготовленного еще с осени компоста. А когда моя «посевная» закончилась, я поручил Вассе — так звали старшего мальчишку — вокруг грядок снова «плотный плетень» обустроить, для чего ему выдал один «поварской топорик» и приступил к уже «индустриальному строительству». Правда, поначалу я решил все же дом попросторнее поставить, все же в моей крошечной халупе вчетвером не очень-то и просторно… вшестером, я ведь и детей должен был считать — но решил, что «индустриализация важнее» и стал строить «железную печь».