Задача, что нам пришлось выполнить, оказалась не простой. Мало того что требовалось приложить немало усилий, так ещё и в качестве рычага был меч, на который давить было страшно. Да, большую часть мечей не точат до бритвенной остроты, они больше тупые. Да, у меня были достаточно прочные перчатки из современных материалов, которые я сейчас поменял местами, надев часть с защитой на сторону ладони, но всё равно было как-то не по себе. Чуть проще было Виктору, у него под рукой ножны, но и они постоянно стремились соскочить с лезвия.

Вот только как бы ни была сложна задача — мы справились. Первыми на ту сторону перебрались мать и дочь, затем меня подменила Сирень и пропустила на свободу. После чего я взялся за меч напарника. Виктор постарался последовать нашему примеру, но его грудь никак не хотела помещаться между прутьями. Так что тому пришлось снять кирасу и пролезть самому, а потом уже вытащить и сам доспех.

Оказавшись на свободе, мы разобрали нашу конструкцию, дав металлу вернуться в исходное состояние, а заодно и возвратив своё оружие. После чего забрали всё, что могло выдать наше присутствие, и по воде, дабы не оставлять следов, отправились во тьму, что разгоняла лишь луна.

Шли осторожно, каждые пять минут прислушиваясь к тишине ночи. Но никто за нами не бежал, потряхивая мечами, и не будил сонную реку своими криками. Передвигаться по щиколотку в воде было тяжело, особенно маленькой Адель. Её платье быстро набирало влагу, облепляло ноги и мешало идти, пришлось снова подхватить девочку на руки.

Направление указывал Виктор короткими взмахами. Скрываясь за широкими кронами ив и утопая в вязком иле, мы шли прочь от замка. Несмотря на тёплую погоду, я начал быстро замерзать и машинально крепче прижимал к груди Адель, чтобы согреть её.

— Жарко, — ворчала девочка, пытаясь вывернуться из пледа.

Я улыбнулся ей, но ничего не сказал, чтобы сберечь дыхание. Не знаю, сколько мы так тащились, но в какой-то момент, вышли к аккуратной полосе деревьев, и Виктор остановился.

Он глянул на жену, сказал несколько слов, и та кивнула. Она подошла ко мне и произнесла похожую фразу, глядя мне в глаза.

— Всё равно не понимаю, — мотнул я головой.

— Она говорит, что нужно просохнуть, а потом пойдём дальше, — прокомментировала Адель. — Поставь меня, пожалуйста, на землю.

Едва я выполнил её просьбу, Сирень коротко взмахнула руками, и вокруг её дочери исказился воздух, моментально удаляя из её платья влагу.

Следующим был я. Сушка магией напомнила мне горячую завесу над входом в магазин. Ботинки и штаны сразу стали сухими и тёплыми. В ответ я с благодарностью кивнул. Последним черёд был Виктора.