Попетляв по загаженным переулкам, Виктор вывел нас на рынок. Торговцы едва-едва начинали разворачивать свои шатры и выставлять товар, лениво перекрикиваясь. Я думал, что мы пройдём его насквозь, но всё вышло иначе.

Виктор подошёл к рябому старику и что-то ему сказал. Тот оглядел нас, улыбнулся беззубым ртом и махнул следовать за ним. Стараясь не выделяться, мы двинулись дальше, обходя палатки с ночным уловом и мусорные ямы.

Вскоре нас привели к обычному дому. Старик не стал стучать, а сразу открыл дверь, снова махнув рукой. Виктор сразу напрягся, подозревая подставу. Но зря. Дом был целым только снаружи. Внутри же нас встретила разруха, стойкий запах сивухи и немытых тел.

Ночлежка для отребья, сообразил я. Сейчас у нас нет иного выхода, как довериться старику. Хотя пальцы крепче стиснули рукоять меча, который я так и не решился где-то оставить. Провожатый, продолжая улыбаться, вёл нас сквозь дом. Мне вдруг показалось, что внутри он гораздо больше, чем снаружи. По крайней мере, с фасада не складывалось ощущение, что дом настолько просторный.

В одном из коридоров старик лихо свернул и начал спускаться по лестнице. Снова подвал! Надеюсь, не очередные казематы? Хотя откуда им взяться в центре города? Хотя могло бы быть и что похлеще, например, загоны для рабов. Мало ли какие здесь порядки…

Оказалось, что нет. Это была длинная каменная кишка, с утрамбованным земляным полом и кольцами для ламп. Было видно, что проход пользовался популярностью.

Сейчас по пути нам не встретилась ни одна живая душа. Я всё поглядывал на низкий потолок, который едва не задевал макушкой, и думал, где мы вообще находимся. Если я правильно представляю, то должны быть ровно под городской стеной. Но кишка всё не кончалась, петляла зайцем, разветвляясь коридорами и дверями. Так что вскоре, я вообще потерял ориентацию в пространстве и даже смутно не представлял, где мы и куда идём.

Причём дело даже не в том, что я не имел ни малейшего представления о местности над головой — это факт по умолчанию. Но даже просто прикинуть, где мы относительно стартовой точки — задача та ещё. Мы столько раз свернули, что я бы даже не сильно удивился, если бы мы сделали круг. Расстроен, зол — да, но точно не удивлён.

Запах пыли и керосина намертво въелся в мою кожу, застревал в носу, не давая возможности нормально дышать. Терпел, думая только о свободе и спасении не только собственной шкуры, но и всех нас.

Наконец, этот лабиринт закончился, и старик остановился у крепкой двери, продемонстрировав бледно-розовые дёсны.

Виктор перекинулся с ним несколькими фразами и передал в руки брелок. Глаза старика блеснули. Он воровато огляделся и пустился прочь, обратно по коридорам. Вскоре его шаги затихли.