Он внимательно смотрел на мониторы, которые показывали переулок возле служебного входа и выезд на улицу.

Смотрел молча, спина закаменела, но руки спокойно лежали на столе.

Увидев, как дёрнулась голова парня с пистолетом, тихонько хмыкнул.

Чуть склонив голову к левому плечу, наблюдал, как открылись двери машины, как дружки вытащили тело убитого, уложили рядом с машиной.

Вот, один из них, видимо, старший, что-то втолковывает остальным, показывая на служебный вход.

Вот один остался рядом с телом, остальные, рванули к двери, заколотили в неё кулаками.

— Прикажи, чтобы их привели сюда. Скажи им, чтоб они не вздумали искать фургон и трогать водителя. Начнут дурить, убей. Я буду ждать в соседней комнате.

Хозяин клуба молча кивнул.

Шавки, которые решили устроить пальбу, ему и так не нравились. Грохать их здесь, конечно, хлопотно, тем более, вон тот, что сейчас машет руками — племянник сестры его жены. Полный дегенерат, но не чужой же.

Ладно, придётся говорить.

Он кликнул Мигеля и Хесуса. Они самые габаритные и мрачные. И пушки на виду обожают держать. Пусть постоят у недоносков за спинами, понервируют.

Недоноски влетели, бешено галдя, тараща белые от наркоты и бешенства глаза, размахивая руками.

Родственничек, правда, первым сообразил, что надо заткнуться и на полшага отстал от остальных.

А Длинный Паоло, который заправлял этой кодлой малолетних имбецилов, окончательно потерял голову — и от страха, и от злобы, и полез на хозяина, тыча ему пальцем в пуговицу на рубашке.

Сложился пополам, упал на колени, сипя, пытаясь продохнуть.

Короткого страшного удара в солнечное сплетение он даже не увидел.

Хозяин клуба бережно взял его двумя пальцами за верхнюю губу и поднял.

— Водилу не трогать. Узнаю, что хоть кого-то спросили о фургоне — зарою. От мёртвого дурака избавиться.

Отсчитал несколько банкнот, сунул родственничку.

— Это семье вашего кореша. Чтоб всё передал, ясно? Теперь, пошли вон.

Мотнул головой охранникам.

— Покажите им выход, чтоб не заблудились ненароком.

Как только за ними закрылась дверь, в кабинете бесшумно появился человек в рабочих ботинках.

Одобрительно кивнул, снова уселся в кресло.

— Присматривайте за этими остолопами.

И кинул хозяину клуба пачку банкнот.

Позднее этим же вечером человек в рабочих ботинках сошел с маршрутного автобуса у небольшого придорожного заведения по пути в Чикаго.

Проверил, что кроме него никто не покинул автобус, улыбнулся, глядя на залитый тёплым светом почти пустой зал придорожного кафе. Оно выглядело тихим и уютным. Как и сонный городок, который сейчас терялся в ночной темноте.