Что? Я не расслышал! Ошибся?

Какаха быстро поползла в тень, чтобы еще больше не раззвонятся на солнце. Вернувшись на свой постамент и скрывшись в тени, он попытался сделать вид, будто нихуя не произошло, но его скисшая рожа просто кричала на всю улицу: Я ОБОСРАЛСЯ! ОБОСРАЛСЯ ПЕРЕД ВСЕМИ!

Второй охранник уставился ему в висок, явно ощущая запашок неебического стыда. Отмыть штаны за один раз не получится. Еще одна охуительная история в копилку. В местном баре потные пивнари будут еще долго обсуждать эту историю. И меня, бля. Прикольно, конечно, но это только создаст мне проблем. И главное — устроиться сюда на работу, даже имея отличную рекомендацию от двух моих мохнатых подруг и этих двух охранников, нихера у меня не получится. Ну и хуй с ним! Найду другую работу… Нет, мысли пустил не в то русло.

Найду другой путь!

Всунув с третьего раза меч в ножны, я ушёл прочь. Стремительно. Стало неловко и даже сыкатно. Последствия осознаёшь после драки. Факт. Пройдя забор и пару домов, я завернул за угол, подальше от любопытных глаз и палящего солнца.

Сандалии стучат по устланной камнем дорожке тише моего сердца. Я тороплюсь. Весь взмок, пальцы предательски лихорадит.

На ходу пытаюсь накинуть капюшон, но я так зол, что даже не замечаю препятствия у себя перед носом.

Явно охуевший мужик, утонувший в своих мыслях, таранит меня своим плечом. Можно подумать, я — огромная льдина, дожидающаяся своего «Титаника»! Пидрила! Развернувшись в пол оборота, меня швырнуло в сторону. Чудом я не упал, наступив на поребрик. Еще шаг, и я как пьяный лечу прямиком в стену дома. Метр влево — и залетел бы в окно в гости к незнакомым людям.

Молодой мужчина, разодетый по моде кварталов среднего класса: серые брючки, белая рубашонка с коротким рукавом и стильные шузы, пошитые из чёрной кожи, быстро сообразил, что произошло и, недолго раздумывая, кинулся в мою сторону. Протянул руку. Паренёк был напуган.

— Извините! Я вас не заметил.

Хуйли мне твоё «извините». Плечо саднило. Было по-женски обидно, но, и отчасти приятно, что на меня обратили внимание, а не пихнули ногой, как изнасилованную шлюху в кустах.

— Приятель, — говорю я, потирая плечо, — надо быть повнимательнее в таких узких улочках.

Он помог мне оторваться от стены. Наши глаза встретились.

Еще этого мне не хватало! Ну вот не надо, пожалуйста. Я знаю этот взгляд. Знаю-знаю! Сам так смотрю на симпотных тёлок, мысленно раздевая их догола. Но у тех хоть рожи ровные, несмотря на грим как у клоунов. А во мне-то он что нашёл? Возбудился на разбитую губу? Синяк под глазом напомнил бывшую девушку?