Попадалово! Надо быстрее вставать!

Вскакиваю, не забыв подобрать меч. Ныряю в следующий ряд кроватей, а там уже до свободы рукой подать. Сука, чуть-чуть осталось! Несусь к окну как Дон Кихот на мельницу. Стула нет, но есть меч — швырну как копьё, ибо других вариантов я не вижу.

Не знаю откуда столько прыти у этого блестящего от пота кита, но за долю секунды он выскакивает из капкана, ныряет в соседний ряд кроватей и повторяет свой старый трюк, пнув от души койку ногой. Кровати снова заваливаются друг на друга и в этот раз удача повернулась ко мне задом. Деревянная перекладина врезается мне в лобешник. Несильно, но искры из глаз хлынули, да и копчик отозвался болью, хорошо приложившись к полу. Скомканное белье и подушки окружили меня, напоминая снежные сугробы. Быстро отталкиваюсь руками от пола. Припадаю коленями на мягкое одеяло, брезгливо шурую пальцами возле себя. Где меч? Как бы противно мне не было, но меч я должен найти! И быстро! Очень быстро! Быстрее, чем абмал сделает пару шагов!

Запускаю ладони в бельё, глубже…

Еще глубже…

Шарю между подушками, откидываю одеяло, стараясь не думать о том, что под ним происходит одинокими вечерами.

Амбал встаёт возле меня. Вопит, что убьёт меня, гадкую суку. Поднимает меч над головой…

Ну, давай же! Куда ты спрятался⁈ Ага, вот и ладонь моего меча. Вспоров несколько слоев пастельного белья, мой меч взмыл в воздух.

Слоняра вмазал что есть мочи. Даже находясь в тёплых кишках, среди горячих спрессованных каловых масс, окутавших меня как пуховое одеяло, я умудрился ощутить всю силу отдачи, пробежавшую волной по девичьему телу. Мечи схлестнулись в воздухе и тут же полетели вниз, прямиком мне в лицо. Но замерли в нескольких сантиметров, уперевшись в толстую деревянную ножку валяющейся на боку кровати. Повезло, бля! Если бы лезвие не развернуло боком — окружающие меня деревяшки превратились бы в мой гроб. А так, вроде, всё идёт по плану.

Амбал снова замахивается. Бьёт, брызжа потом во все стороны. Тварь неугомонная! Мой меч настолько лёгкий, что я без особого труда вскидываю его перед собой, и, оттолкнувшись левой рукой, смещаюсь в бок. В воздухе появилось облачко пыли. Раздался звук, словно камень кинули в бетонную стену, и два меча снова устремились на меня. Лезвие моего меча вонзилось в пол, а лезвие амбала, выбив неглубокую царапку на моём клинке — ушло в сторону. Раздался треск дерева. Нависающая надо мной туша запыхтела. Щеки вспыхнули красным, как светофор. Струйки пота быстро заполнили его складки на лбу, на щеках, на трёх подбородках и закапали мне на рубаху. Да я и сам уже весь взмок.