— Там! — кричит он. — Вон они!

Пробежавшись глазами по зелёной траве, там, вдалеке я увидел два человеческих силуэта.

Мы слезаем с лошадей. Подходим к краю пыльной дороги. Охранник с волнением смотрит на кудрявого. Ждёт команды. Ждёт правильных распоряжений, ибо сегодня он уже ничего не решает. Всё порешают взрослые дяди. Но на замешкавшемся лице паренька отчётливо читается мольба: только без меня.

Ну уж нет. В сторонке тебе не отсидеться.

Кудрявый вскидывает ладонь ко лбу, пряча глаза от палящего солнца. Смотрит вдаль. Щурится. Я последовал его примеру.

Там в поле, в зелёной траве по колено стояли друг напротив друга двое мужчин. Один из них пятился, выставив перед собой копьё. Второй ковылял прямо на него, но на вооружённого мужчину ему было явно похуй. Он просто шёл вперёд, шатаясь и спотыкаясь.

Когда кудрявый хотел обратиться к нашему солдатику, жаркий воздух разорвал жуткий рёв.

— МА-МА… — донеслось с поля.

— Громко, — констатировал Абмал.

— Да, — подтвердил охранник, — если бы он так не орал, возможно, мы бы его и не заметили.

И тут же пожалел о сказанном, увидев разгневанный взгляд Амбала.

Борис притянул к себе парня. Тяжело дыша, приказал ему:

— Зови своего приятеля! Пусть не смеет его тыкать копьём!

Охранник развернулся лицом к полю, сложил бочонком ладони у рта и проорал:

— Колин!

Но его крик тут же стёрся пронзительным воплем:

— МА-МА…

— Колин! Не смей тыкать в него…

— МА-МА…

— Что⁈ — вдруг отозвался Колин, обернувшись к нам лицом.

— Не смей тыкать его… — надрывался охранник.

— МА-МА…

— Прекрати, — кинул кудрявый охраннику. — Беги к нему.

— Ч… что? — парень явно пересрал, услыхав то, чего больше всего боялся.

— БЕГИ! — рявкнул кудрявый, и тут же сжал кулаки от боли. — Спасай друга!

Потоптавшись на месте, охранник попытался изобразить охвативший его гнев, но в ту же секунду его лицо исказилось обидой малолетнего ребёнка. Почти рыдая, он прыгнул в траву и побежал к своему другу, шурша кожаным доспехом, который носил явно незаслуженно.

Пока он бежал, те двое приблизились, и уже можно было рассмотреть того, что истошно звал свою мать. Это был… вроде как мужчина. Кожа сморщенная, зелёного цвета, поэтому возраст определить даже гадалка не сможет. Половину лица, плечо и часть груди скрывал вздутый как праздничный шар серый пузырь. Мне показалось, что мужчина жирный, но приблизившись к нам еще ближе, мне удалось рассмотреть его внимательнее и убедиться, что к его одутловатости жир не имеет никакого отношения. Одежда вся пропиталась гноем, который обильно сочился между складками кожи. Могло показаться, что мужчину одевали силой, натягивая на его тело вещи крохотного размера. Рубашка разошлась по швам и держалась на соплях. Огромное пузо болталось у колен, а руки, похожие на огромные сардельки висели вдоль тела, обтянутые лоскутами лопнувшего рукава.