— Кислород высшей очистки! Разбавлен надеждой всего на пять процентов, налетайте!

— Амулеты от гравитационных аномалий! Настоящий базальт с Титана! Ну и что, что подделка, физика все равно не работает ниже пятого километра!

Тютя прижимается спиной к переборке станции «Барокамера-3000». Его экзоскандр покрыт подозрительными масляными пятнами, а на груди красуется новая нашивка, вышитая явно вручную местным умельцем: «Я пережил Черный Рынок и мне не доплатили».

— Юрий Алексеевич, — шипит Тютя, поворачивая камеру к Гагарину. — Посмотрите на мой баланс. Минус две тысячи кредитов. Мы потратили всё на взятки портовой таможне, чтобы они закрыли глаза на тот факт, что вы пытались утащить их священный флюгер в качестве сувенира. У нас нет денег на гелий-3. Нам нечем платить за швартовку. Нас конфискуют за долги и заставят работать аниматорами на детских утренниках жрецов Плутона! Там даже костюмы радиоактивные!

Гагарин стоит абсолютно спокойно. Он одет в свой привычный оранжевый скафандр, который выглядит вызывающе чистым и новым на фоне окружающей грязи. Космонавт задумчиво жует местный аналог сухаря — твердый брикет из прессованного планктона.

— Тю-тя, — протягивает Юра своим фирменным голосом, от которого обычно успокаиваются стартовые двигатели. — Не мельтеши. Ты пугаешь местную фауну. И вон того парня с тремя глазами тоже не пугай, он держит в руках какую-то дымящуюся колбу. Где тут касса?

— Какая касса?! — взвивается Тютя. — Здесь анархия! Здесь бартер душами! У меня осталась только одна вещь, имеющая ценность на этом черном рынке. Вот!

Он достает из набедренной сумки предмет невероятной красоты и нелепости. Огромный, переливающийся всеми цветами радуги кристалл размером с кулак. Внутри него медленно вращается миниатюрная спираль галактики.

— Квантовый оракул последней модели, — трагически шепчет Тютя. — Выдан мне под расписку перед вылетом. Позволяет видеть линии вероятностей на сто лет вперед. Штучный товар. Стоит целое состояние. Если я его продам, нам хватит на билет домой, но Управление уволит меня по статье «Слив стратегического оборудования аборигенам-суеверам». А если не продам…

Юрий аккуратно берет кристалл двумя пальцами. Прищуривается, рассматривая игру света внутри.

— Красивая стекляшка, — констатирует он. — Бесполезная, правда. Судьбы не существует, Тютя. Есть расчет траектории, запас топлива и вовремя съеденный завтрак. Пойдем, спросим у местных, где тут заправляют дирижабли честным трудом.

Они пробираются сквозь толпу. Мимо проносят клетку, в которой сидит мелкое существо, беззвучно открывающее рот. Надпись на клетке гласит: «Предсказывает курс акций Земной биржи 1985 года. Дорого».