Она ахает, а вот ее спутницам, кажется, неловко, возможно, больше из-за сцены, которую она устроила, чем из-за того, что стало ее поводом. Однако этого хватает, чтобы она притихла. Я ловлю момент, чтобы поклониться и удалиться.

Искиело стоит белый как мел, он, видимо, хорошо знаком с богатой дамой, которую я страшно оскорбила.

Лицо Энтеро непроницаемо, а Лорвин в какой-то момент вышла из лаборатории и встала у двери, чтобы понаблюдать за происходящим.

– Талмери это не понравится, – бормочет она, когда я прохожу мимо, чтобы составить грязную посуду в специальный контейнер.

– Тогда Талмери стоило дать более четкие указания, оставляя меня за главную, – отвечаю я, идя к столику пожилой женщины, которая уже допила свой чай.

– Я не хотела доставлять неудобств, – извиняется она.

– Вы и не доставили. Это мне не удалось создать обстановку, в которой вам было бы комфортно, за что приношу свои искренние извинения.

Она недолго изучает мое лицо и говорит:

– Не подадите мне мой рюкзак?

– Конечно.

Она открывает его так, что можно голову просунуть, и начинает в нем что-то искать. Достав предмет, женщина аккуратно его разворачивает. Под потертой серой тканью оказывается заварник, и я ахаю.

Но это не просто заварник. Это совершенно бесподобный заварник. Сложно представить, как человеческие руки смогли сотворить подобное. Он сияет красками, а плавные изгибы вырисовывают фигурку дракона с орнаментом из драгоценных металлов.

Такого рода утварь – детище мага-ремесленника, который заботливо оттачивал мастерство десятки лет, – приносят в дар королевам. Это бесценное сокровище призвано вдохновлять поэтов, и мы, простые смертные, даже не должны были его увидеть. Невозможно выразить словами ощущение при взгляде на нечто словно созданное самими духами.

Пожилая женщина протягивает чайник мне – заварник подрагивает в ее руках.

– Это вам, – произносит она.

У меня перехватывает дыхание. Я быстро мотаю головой:

– О нет. Я никак не могу его принять. Чай был подарком…

– Как и это, – говорит она, – но при одном условии.

Опешив, я хлопаю глазами.

– Мои руки недостаточно крепки, чтобы обращаться с этим заварником как следует. Но такая вещь не заслуживает пылиться на полке. Вы можете пользоваться им на свое усмотрение, а когда я буду заходить, то готовьте мне чай в нем, договорились?

Все еще стоя перед ней на коленях, я кланяюсь так, что лбом стукаюсь об пол:

– Ваша милость, это будет честь для меня.

Я принимаю заварник, она вздыхает и откидывается на спинку стула так, будто совершенно вымоталась… но осталась очень довольной.