Спустя совсем немного, с меня стащили мешок, и расстегнули наручники. Я было хотел продрать глаза, потирая для начала запястья, но меня толкнули в спину, и я оказался в камере. Дверь за спиной захлопнулась.
В камере я оказался один. Без сигарет, без часов, вообще без всего. И сидел часа два, если не больше. Удовольствие ниже среднего. Но, все когда то кончается. Так и про меня вспомнили. Пожилой сержант, явно не тот человек, что меня сюда сунул, открыл дверь и махнул рукой идти за ним. Бредя по длинным коридорам какого то милицейского присутствия, рангом явно выше обычного отдела, я сообразил что уже достаточно поздно. Тем временем, мы подошли к двери на первом этаже, в которую и стукнул сержант.
В большом, пустоватом помещении о четыре стола сидел и выпивали четверо мужиков, во главе с майором Рязанцевым. Тоесть, даже не выпивали, а так, лениво курили и расслаблялись.
И было в их небрежных позах что то от усталых работяг, что наконец спихнули дневной авральный урок. И теперь выпивают даже не для куражу, а просто что бы прийти в равновесие с миром. Мне стало даже немного завидно.
А вот майор Рязанцев был как раз на кураже. Да и то, такую операцию провернуть!
— Знакомьтесь, мужики. Это — Саня Лукин. Вы знаете, как он нам помог. Лукин, это мой отдел, мы закрыли итальянских мафиози.
Все присутствующие встали и протянули руки представляясь: Юра, Коля, Ринат и Валерий Иванович. Поручкавшись, я уселся за стол рядом с Геной, вытащил без спросу сигарету из пачки «Явы» на столе, и с наслаждением закурил. А потом спросил:
— И что теперь?
— Теперь — Рязанцев сунул мне бумагу и ручку — вот, распишись и забирай.
И он полез под стол, достал сумку с деньгами и поставил на него.
— Пересчитай.
— Да чего там считать — я расписался в бумажке — возвращено.
Потом открыл сумку и достал одну буханку. И положил ее перед Рязанцевым.
— Вот, Гена, на всех. Все что могу лично.
— Ты совсем ебанулся⁈ — взглядом Рязанцева можно было резать камень.
— Да нет, нормально. — я глянул на него исподлобья — просто я уже большой мальчик, и все понимаю.
— Ты о чем?
— Вас, всех, поощрят и наградят. Да и то, так прогреметь в системе — дорогого стоит. Однако в реальности вы ничего не получите. И это неправильно.
— И чего же ты хочешь?
— Ха. Я, Гена, хочу мира во всем мире, и устойчивого развития России без войн в течение ста лет.
— Чушь какая.
— Вот я и говорю. Мне нужно что бы, когда настанут совсем херовые времена, вы остались на службе в ментовке. Вот так — я кивнул головой на буханку — вам легче будет не уйти.
— И все?