*- имеется ввиду версия, что стоящая сейчас у Нахимовского Училища «Аврора» — новодел. А корпус той «Авроры», нашли возле Ораниенбаума в затоне.
Поезд пришел по расписанию. Уходя с платформы, я не свернул к метро, пошел в вокзал. Пройдя бюст Ленина( так и решим, если что, встречаемся под правым ухом у Ленина. Традиционное место встреч при отъездах-приездах), купил московских газет — Коммерсант, Вечерку, АиФ-Биржа, МК. Вышел во двор-парковку, с правой части здания. Закурил, прикидывая план действий.
Рядом стоял и курил мент- сержант. В мятой, заношенной ментовской форме. Фуражка, портупея, ствол в кобуре. Глянул на меня мельком, и повернулся к сплоченной группе бомжей. Человек десять, сосредоточенно зашли во двор, и спаянной группой, шаркая ногами и что то как то невнятно бормоча, побрели в нашу с ментом сторону, собираясь, видимо, попасть в вокзал.
Мент бросил окурок на асфальт, и сказал:
— Стоять.
Бомжи дисциплинированно замерли. Потом, видимо самый наглый, просипел:
— А чой та?
— Кругом — марш! — скомандовал мент.
— А поссать то? — раздалось из группы.
— На Казанский — лениво буркнул мент — Быстро исчезли отсюда!
И бомжи, развернувшись все вдруг, бодро пошли со двора.
Я про себя засмеялся, и тоже пошел со двора на площадь. Только на метро.
На Чистопрудном Бульваре, я уселся на лавочку, и занялся изучением прессы. Разделы бесплатных объявлений, сейчас занимают, к примеру, всю третью полосу «Московского Комсомольца». И я, где то час, это дело просматривал.
Однажды зимой, когда я учился на третьем курсе, я решил прогулять институт. У меня была ночная работа, я не высыпался. Вдобавок, на следующий день, я должен был выступать на заседании СНО, со своим докладом.
Я спал почти до полудня. Проснувшись, попил кофе, и пошел жарить себе картошку с грибами. Той осенью тетка закатала грибов в банки, в промышленных количествах. И все блюда моего рациона тогда, обязательно включали грибы. Яичница с грибами, макароны с грибами, разогретые грибы на куске черного хлеба… В тот раз я отжал у соседей-кубинцев четыре картохи, и был намерен устроить себе царский пир.
Но, на выходе из кухни я столкнулся с парнем. Почти уткнувшись раскаленной сковородой ему в грудь.
На первый взгляд преграда- эдакий походник-турист. Под тридцатник. Густая борода, нестриженый –кудрявый, крепкие мышцы рук, из подвернутых рукавов свитера. Однако, и свитер, и ультромодные брюки –карго, и зимние кроссовки, все очень дорогое, новое, но уже ношеное, все склоняло мое мнение в сторону некоего торгового моряка — родственника кого из соседей.