— А дом в Грюнвальде, это уже Ряженов организовал? — поинтересовался я.
— Вовсе нет — засмеялся Юрген — после Девятого Ноября*, многие значимые руководители Штази покончили с собой. В основном из финансовых служб министерства. Да и часть архивов сгорела. А дом- оформлен на меня по всем правилам. Ну, я и подумал, почему нет, раз о нем никто кроме меня и не знает?
Я, слушая его, хмыкнул. И у нас та же фигня. После августа девяносто первого, куча народу поимела конспиративную недвижимость КГБ в собственность. Вплоть до Юлиана Семенова, что в квартире для встреч с агентурой, на Новом Арбате, организовал редакцию ' Совершенно Секретно'…
Закончив с гигиеной, я вернулся в спальню, собираясь одеться, и спустится к завтраку, тоесть обеду, и уже обсудить дела с Юргеном и парнями. Потому что завтра, мы идем в министерство финансов ФРГ. Не хотелось бы сходить впустую, чисто познакомиться. Впрочем, жрать хотелось больше.
Но тут на прикроватной тумбочке зазвонил телефон. В недоумении снял трубку. Кто то ошибся наверное.
— Значит, глухая тайга, да?- звонкий Машкин голос дал мне по мозгам как кувалдой — золотодобыча? Лукин, ты заврался.
— Ничего подобного, Маш — сказать что я был рад ей– ничего не сказать — просто там намыли уже огромный мешок золота, и я тут же полетел в Германию. Инвестировать сокровища в порноиндустрию. Ты будешь владеть всеми этим киностудиями, Маш.
— Даааа??? А от кого тогда прячутся у меня на даче эти влюбленные? Твои друзья Ира и Женя?
— А когда это ты успела с ними познакомиться, Маш?
*Девятого Ноября 1990 г — день начала крушения Берлинской Стены. Был принят ряд законов, в том числе, по сути упраздняющих Штази.
Поначалу, этот день можно было бы назвать приятным. Я подробно обсудил с Марией мою лживость и беспринципность. Пообещал скоро вернуться. Пришел в изумление новости о любовных отношениях Захаровой и Евгения. В прошлой жизни этим не пахло от слова абсолютно.
Однако, раскинув умишком, я решил что все сходиться. Ирка, мысленно сто раз попрощалсь с жизнью. Грохнула человека. Когда все резко закончилось, в приливе эмоций изнасиловала Евгения. Чем он охотно воспользовался.
Алексей Анатольевич Ряженов, позвонив после Маши, это лишь подтвердил. Эти двое трахнулись еще в воздухе. В самолетном туалете. Введя экипаж в некий ступор. Я на это поухмылялся. У авиаторов еще все впереди. В нулевые, такие вещи случались сплошь и рядом. И были неким обязательным пунктом программы полета на отдых.
— Ты везунчик, Алекс. Увидев их, Маслова тебя ни в чем не заподозрит. Иначе, я бы ни за что не стал их прятать у нее на даче. — яду в Лехином голосе было через край. В остальном понятно.