— Говори по-русски! — прикрикнул на него чеченец Тимур — здесь работают друзья Руслана. И мы уходим.
Он повернулся к Лехе и сказал, демонстративно нас не замечая:
— Алексей Анатольевич! Скажи своим людям, что мы извиняемся.
После этого он мотнул головой, и все четверо пошли из конторы. К нему подошел Боря и протянул пистолет, что был у Буслова. Тот походя сунул его в карман пальто…
Я, пребывая в слегка предобморочном, зачем то поперся за ними. Впрочем как и Боря с Лехой, и Серега с Родионовым. Мы пронаблюдали как эти лоси уселись в серую девятку, застонавшую под этой массой. И та, ревя от натуги, достаточно резво рванула в сторону Яузской набережной.
Будто в насмешку, чуть ли не вслед им, подъехала наша, конторская шестерка. Из нее вылезли водитель Дима и Андрюха Ярцев- со следами недельного запоя на лице. Увидев это лицо я не сдержался, отошел к газону и меня стошнило.
Ярцев с любопытством это пронаблюдал, изучив мой героический вид, и спросил:
— Ты в аварию что ли попал, Саня?
— Это сотрясение, Лукин — проворчал Боря. — Тебе бы полежать.
— Езжай домой, Алекс — сказал Леха — Дима тебя отвезет.
— Ты же вроде собрался нам с Серегой задачу ставить? — я снова прижал платок к носу.
— Успеем. Поезжай.
И я, плохо соображая, кивнул головой и уселся в Жигули.
— Ты мне, главное, салон кровищей не заляпай — весело приказал Дима трогаясь…
В зеркале домашнего санузла я разглядел травмы. Точнее — всего одну травму, но какую! Мой нос сместился на пару сантиметров к правому уху и был почти под глазом. При этом, кровь так и сочилась. Под глазами уже налилось синевой. Я потрогал переносицу пальцами, слегка покачал и попробовал сдвинуть ее обратно на место. Она, как не странно, легко сдвинулась, и я вдобавок к этому, задышал носом и почувствовал запахи.
Не заморачиваясь, скинул на пол всю одежду, мимоходом отметив, что пожалуй уже не выброс, как мог обмылся под душем и упал в постель. Мелькнула мысль, что толком не смог объяснить произошедшее Диме… Сон мой был больше похож на обморок с кошмарами.
Утром я выглядел как персонаж из семейки Адамс. Кровь из носа больше не шла. Зато, то ли какая кость, то ли какой-то поломанный хрящ в носу, слегка надорвал кожу переносицы, и из ранки постоянно кровило. За налившимися отеками синяками, было трудно разглядеть, но, кажется, ходить мне теперь с расплющенным носом…
В остальном, я чувствовал себя нормально. Настолько, что сожрал под чай пару бутеров с маслом, и вспомнил, что практически все забыл в конторе. И автомобиль, и портфель с бумажником, и куртку, и ключи от конторы…