— Я рассчитывала сделать тебе сюрприз, — раздался позади меня голос Фионы.

— Сразу пригнать звено бомбардировщиков с фугасными авиабомбами? — усмехнувшись, повернулся к бывшей богине, краем глаза смотря на взвизгнувшую от радости рыжую девчушку и счастливого юного экспериментатора.

— Кто знает, — хитро улыбнулась она. — Что привело тебя к нам со стези войны и крови?

— Оружие нужно, — пожал я плечами и кивнул на детей, которые уже потушили двигатель вентилятора и подвешивали новый образец крыла на верёвки. — Ты бы приставила к ним кого-нибудь? А то если в голову отлетит? Жалко детей.

— Не отлетит — не научатся себя беречь. Да и поток воздуха не настолько большой, не убьёт.

— Техника безопасности не для вас… — поморщившись, протянул я, поинтересовавшись: — С тяжёлыми станками у вас так же, небось?

— Лучше. Там достаточно народу покалечило, теперь берегутся. А до этого ничего не помогало, пока не увидели последствия своими глазами.

— Ох уж эти люди, — вздохнул я и попросил: — Покажешь, что нового тут без меня наделали?

— Идём.

Действительно, новинок создали много. Во-первых, коксовые печи, домна и ещё один конвертер. Главное, конечно, прокат: на моих глазах конвертер выдал металл, который потёк по разным линиям, превращаясь в тонкий лист под воздействием огромных чугунных валиков. Но больше ушло в отливки для стволов, которые сжимались в своих машинах.

Проследив мой взгляд на работающую домну, она поморщилась и пожаловалась:

— Её нельзя останавливать. У меня половина города уголь и руду добывает в три смены. Ещё часть работает здесь без остановки, другие сортируют и готовят товар. Сильно не хватает рабочих рук. Да ещё и война эта! Многие по горам бегают, вместо того, чтобы трудиться. Я написала Эле, она присылает людей, но всё равно мало.

— Ещё не бунтуют?

— Нет. Готовы работать ради победы. Но вот что будет через год-два?

— Война закончится, станет легче…

— Мне-то сказки не рассказывай, — фыркнула она. — Закончится эта, начнётся другая. Нужно что-то в целом менять.

Я пожал плечами, высказывая приходящие в голову варианты:

— Повышение результативности крестьянского труда, высвобождение рабочих рук оттуда и перевод на производства. Ну и более широко доступная медицина, разумеется. Для уменьшения, в первую очередь, детской смертности.

— Для так важных медицины и образования тоже нужны люди. А их нет.

— Да, нет, — поморщился я.

Долбанные «благородные» твари. В любом нормальном государстве прослойка образованных людей намного выше. Есть какой-то жирок у крестьян, феодалы нанимают учителей и лекарей, банально чтобы иметь больше выгоды со своих людей. Так и ремесло своё, и жителей больше, с которых можно деньги иметь.