Пока же стальные и деревянные лопаты вгрызлись в грунт, а с кольев ополченцы снимали трупы. Несколько человек оказались ещё живы, и их пришлось освободить от мучений. Вылечить такое нереально.

— Ну как тебе, «благородство»? — сплюнул Золтан, обращаясь к Аязу.

— Дерьмо, — поморщился тот. — Боятся бунтов, вот и лютуют.

— Им оно не очень помогает. Люди понимают, что есть реальный шанс скинуть с плеч «благородную» плесень.

— Да, много крестьян бежит, учитель, — согласился со мной Аяз.

— И теперь мы можем их принять, а не как весной, когда самим есть нечего было…

Золтан прав, урожай в этом году удался. Зерна хватило обеспечить и своих людей, и беженцев. Плюс потянулись корабли с материка, в обмен на нашу чугунную продукцию. Элеонора разрешила вывозить холодное оружие и броню, так что в будущем прибыли должны сильно возрасти.

Однако имеются и свои подводные камни: до сих пор в воздухе подвешен выбор формы собственности крестьян на землю. Раздать во владение? Так потом, когда потребуется проводить большие инфраструктурные проекты, оно вылезет боком. Спорить с каждым крестьянином, по полю которого предстоит пройти железной дороге — такое себе удовольствие.

И осторожные вопросы по этому поводу от крестьян уже звучат, что, дескать, хотелось бы определённости. Сейчас землю обрабатывают в тех границах что привыкли, отдают излишки за изделия городских мануфактур и металлический инвентарь. Налогов как таковых нет. Да и непонятно: брать их зерном? Или вводить налог с продаж? Но как обеспечить его мониторинг в данных условиях, когда даже считать умеет малая часть населения… Хотя, с другой стороны, у них тогда и повод возникнет учиться… Не понятно.

Не знаю, можно просто отдать землю в аренду и брать единственный налог. Но подобная стратегия способна привести к тому, что крестьяне станут брать меньше земли, лишь бы обеспечить прокорм себе и близким. И налоги должен кто-то собирать, желательно, грамотный и знающий специфику в каждой местности. Для чего достаточно грамотных людей, опять-же, не имеется.

Вот хорошо было местным феодалам — всё на своей земле знали. Но с позиции государства спорить с мелким феодалом ещё сложнее, чем с крестьянином.

В общем, решения пока нет. Даже итоговая форма правления государства не определена! Хотя, зная амбиции Элеоноры, вариантов не так уж и много, что тут говорить. Принцесса бредит возрождением единой империи, желательно, в прошлых границах и без изменения династии.

— Выступаем уже завтра? — вывел меня из размышлений вопрос одного из сотников.

— А? Да, конечно, — усаживаясь возле разгорающегося костра, согласился я.