Переплут провел ладонью.
Тропа не продолжалась в мир, она словно бы пролегла по краю его, рассекая надвое просторную залу. Кая видела стену, расписанную уже огненными птицами и странными зверями, и массивное кресло, и князя, сидевшего на нем как-то боком. Он оперся на широкий подлокотник и глядел на собравшихся донельзя хмуро.
За спиной его черно-белой, неподвижною статуей, застыл Верховный жрец. И отсюда, из сумрака межмирья, были видны потоки силы, черно-белой, переливчатой. Они шевелились, обнимая фигуру Верховного живыми змеями, стекали к ногам, вплетались в волосы. И дрожали, рассыпались пылью, зыбью, почти стирая его самого.
— Какой суд, Гордей, — голос князя звучал низко, и вновь же слышалась в нём усталость. — Побойся Богов! Сын вон чудом жив остался…
— Вот именно! — мужчина в чёрном камзоле, расшитом жемчугом и желтым янтарём тряхнул головой. — Прости, княже… но я хочу разобраться!
— Все хотят, — Святовит тоже был тут.
И кресло его стояло чуть в стороне. Не напротив князя, но и не рядом.
— Все хотят понять, что же произошло, — добавил он.
— По-моему, ясно, — лицо князя было темно. — Твой сын, Гордей, как бы ни тяжко было тебе признать то, начал превращаться в тварь. И тому есть свидетели.
— Есть, — пробасил Медведев, которого Кая сперва и не заметила, ведь стоял тот в дальнем углу, скрываясь в тени. — Мой внук видел.
— И моя дочь.
Этого Кая не знала, но мужчина был высок и массивен. Рядом с ним, опершись на стену, скрестив руки на груди, застыл Волков. Лицо его окаменело, но взгляд… взгляд впился в Яриловича.
— О! Никто не собирается подвергать сомнению, что подобное имело место быть! — воскликнул Святовит, поднимаясь. — Тем паче, многие свидетели скажут, что видели… а что они видели? Что говорит твоя дочь, Гордей?
— Что они затеяли игру в прятки. И Гордею выпало водить. Она ушла, спряталась и появилась лишь тогда, когда… существо… — говорить боярину было тяжко. — Начало меняться. Меняться обратно. В человека.
— То есть, как всё началось, она не видела?
— Нет.
— И никто не видел?
— Опросили многих, — произнёс князь. — Но все сходятся, что на поляне Гордей остался один. Многие слышали, как он считает, но… это лишь голос.
— Хорошо, — Святовит поднял взгляд на стену, где в ветвях огненного древа прятались птицы с человеческими головами. — Но ты же не будешь спорить, что в твой дом Гордей пришёл человеком…
— Если ты собираешься возложить вину…
— Я собираюсь разобраться, где и как он подцепил дух морозника.
— Здесь⁈ — Князь распрямился, но не встал. — Ты хочешь сказать, что он…