«Кр-ра», — щелкнул он клювом и перебрался мне на плечо. Устроился, как у себя дома, наглец.

Я усмехнулся: «Готов?» И наша странная процессия — я, Рита, мадам Брайт и ворон на плече — покинула это беспокойное Верхнее крыло и направилась в Западное. Хоть какой-то порядок восстановился.

«Мадам, вы уж, пожалуйста, не забывайте отдыхать», — сказала Рита, помогая нашей «женщине-летучей мыши» мадам Брайт усесться в кресло у кровати с балдахином в лазарете.

«Да, мадам Брайт, Рита права», — согласился я, оглядывая почти пустой лазарет. Странно. «А где весь ваш персонал? Кто вам тут помогает?»

«Они так много работали, бедняги, что я дала им выходной перед Праздником», — сказала она, устало потирая локоть и свое кожистое крыло. Сама-то, похоже, не отдыхала совсем, выглядела измотанной.

«Но вы ведь тоже трудились не покладая рук», — возразила Рита, кладя руку на плечо уставшей целительнице. «Вы же так себя доконаете, что потом никакой пользы от вас не будет. Кто тогда будет лечить всех нас, упрямцев?»

«Совершенно с вами согласен, моя дорогая, совершенно согласен», — раздался голос Бруно, нашего управляющего. Он говорил достаточно тихо, чтобы не разбудить пациентов, но в его тоне явно слышалась тревога, если не сказать — ужас за здоровье мадам.

За его спиной маячили человек семь-восемь помощниц в простеньких бежевых платьях, уже готовых приступить к работе в лазарете. И не успела мадам Брайт даже рта раскрыть, чтобы возразить, как этот наш «человек-коала» Бруно уже пресек все ее попытки протеста одним резким жестом поднятой ладони. Он хоть и выглядел мягким, но характер имел твердый.

«Но…» — она попыталась было встать, но Рита мягко усадила ее обратно.

«Спокойно, спокойно, мадам», — внушительно произнес Бруно. «Вы же обещали, что не будете себя перегружать. Я так и чувствовал, что мне понадобится подмога, и оказался прав. Предусмотрительный я, однако». Он даже немного гордо выпятил грудь.

«Вы и впрямь идеальная пара, ребята», — усмехнулся я и, подойдя к трудолюбивой знахарке, поцеловал ей руку. «Мадам Брайт, отдыхайте. Вы это заслужили».

«Бруно, присмотри за ней», — сказала Рита, моя женщина-кошка, с теплой улыбкой.

«Непременно», — серьезно кивнул тот. «А, да, я отправил молодого Грэга Адамса заканчивать его работу. Он должен быть на конюшне, если что».

«Идите уже, голубки», — отмахнулась от нас мадам Брайт, позволяя Бруно хлопотать вокруг нее. Видно было, что ей это приятно, хоть и виду не подает, строит из себя независимую.

Мы с Ритой переглянулись и одинаково усмехнулись. Ну, оставили этих двоих «ворковать» в свое удовольствие. Любовь-морковь, все дела. Даже в таком суровом мире есть место для теплых чувств.