«Ну-ка, дай мадам Брайт посмотрит», — проворковала целительница, наша «женщина-летучая мышь». Энджи, всхлипывая, осторожно протянула ей пораненную руку. «Да не так уж и страшно. Немного мази, чаю горячего и отдохнуть — все пройдет. Повезло тебе, девочка». Ее голос успокаивал, как всегда.

«С ней точно все будет хорошо?» — спросил Мило дрожащим голосом. Парень явно на взводе, не отходил от Энджи ни на шаг.

«Да», — кивнула мадам Брайт, доставая из своей неизменной сумки бинты и баночку с какой-то густой, пахучей мазью. Аккуратно намазала больное место на руке Энджи. «Придется ей ночку в лазарете провести. Отнесешь ее туда?» — это она уже Мило, смерив его оценивающим взглядом.

«Мне?» — переспросил Мило, глядя на Энджи, которая все еще была в его объятиях. Ну а кому же еще, герой-любовник.

«Если… если ты не против?» — Энджи подняла на него глаза, в которых еще стояли слезы. «У меня голова что-то кружится, боюсь, сама по лестнице не дойду».

«Да что вы, миледи», — выдохнул этот наш «человек-енот» Мило. И как только мадам Брайт закончила бинтовать руку Энджи, он аккуратно, но крепко подхватил ее на свои жилистые руки. Силен, чертяка, хоть и не выглядит качком.

«Неси ее, неси», — махнула своей трехпалой рукой мадам Брайт. «Я скоро подойду».

Пожелал ей вслед: «Поправляйся, Энджи». Она слабо кивнула.

«Мне еще письма отправить надо было…» — пробормотала она, уже почти отключаясь на руках у Мило.

«Не переживай, разберемся с твоими письмами, — я постарался придать голосу уверенности, — ты давай, отдыхай».

Все вокруг тоже желали Энджи скорейшего выздоровления. А я хмуро смотрел, как Мило уносит ее. Что-то тут нечисто с этим зеркальцем. Слишком уж оно злобное.

«Какого хрена тут вообще произошло?» — спросил я, чувствуя, как внутри закипает злость. Взгляд мой уперся в Аду и Сета, которые все еще возились с этим гребаным артефактом, теперь уже на балконе. «Я же, вроде, ясно сказал: никаких зачарованных побрякушек в Верхнем крыле! Это вам не склад магического барахла!»

«Она, видимо, Бертрама искала и наткнулась на эту штуку среди моих вещей», — сказала Ада, подходя ко мне. В руках она держала уже сломанное и покореженное зеркальце. Выглядело оно теперь безобидно, просто кусок металла, но осадочек остался. «Я не ожидала, что оно так… отреагирует».

«Что-то знакомое», — пробормотал я, забирая у нее эту искореженную железку. Повертел в руках. «Мы же его в Орлином гнезде нашли, так? У Адлера Бёрнса.»

«Да», — подтвердила Ада, наша «женщина-козерог». Остальные тут же столпились вокруг, чтобы поглазеть. Интересно им, видите ли. «Меня оно привлекло, потому что у него была знакомая… магическая подпись, что ли. Отголосок силы Пророка».