— Ты просто ты, — ответил я с легкой усмешкой. И этого было более чем достаточно.

Дзынь-дзынь-дзынь! Опять этот капитанский музыкальный инструмент.

— Снова к ужину зовет, — сказала моя женщина-кошка, и мы оба, как по команде, повернулись к кровати, где все еще спала наша красавица.

— Давно она так? — спросил я, понизив голос.

— С тех пор, как ты сказал, что пойдешь прогуляться, — ответила Рита. — Мы немного подремали вместе, но Шелли, похоже, все еще нужно отоспаться. Вид у нее был измотанный.

— Еще бы, — кивнул я, вспоминая последние дни. — Она, по сути, весь бал на себе вытащила, потом еще и сборы в дорогу, команду организовать… — Я заметил, что Шелли даже сапоги не сняла, так и свернулась калачиком, подложив обе ладошки под щеку. Устала, бедняга.

— Да и не так уж много времени прошло с тех пор, как она… ну, ты понимаешь, страдала, — задумчиво протянула Рита, склонив голову. Мы подошли поближе. — Вон, тени под глазами до сих пор.

— Да, надо дать ей отдохнуть, — согласился я. Осторожно стянул с нее сапоги для верховой езды, пока Рита расстегивала пуговицы на ее блузке.

— Макс? Рита? — пробормотала наша женщина-феникс, когда мы попытались укрыть ее одеялом. Глаза ее чуть приоткрылись, сонные-сонные.

— Ш-ш, милая, — прошептал я, укладывая ее босые ноги под теплое одеяло. — Спи, тебе нужно отдохнуть, хорошо?

— Угу, — выдохнула она, и ее темно-красные ресницы затрепетали, как крылышки бабочки. Глаза снова отяжелели и закрылись.

— Мы тебе принесем чего-нибудь с ужина, а ты спи, — сказала Рита и нежно поцеловала Шелли в щеку.

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

— Черт побери, надо идти, а то он так и будет этой своей железякой трезвонить, — усмехнулся я. Взяв Риту под руку, я вывел ее из каюты. Мы направились в то самое уютное помещение, похожее на гостиную, где я уже бывал. Каменные фонари под потолком отбрасывали золотистый свет сквозь множество свисающих красных и фиолетовых шарфов. Утопленный в пол стол и подушки вокруг него уже были почти полностью заняты пассажирами. Не хватало только двоих.

— Ну вот, теперь только Краскона с Кларком и ждем, — фыркнул Бруно, отламывая кусок хлеба.

— Эх, Бруно, Бруно, была бы у меня сейчас шоколадка с орехами, я бы тебе дал, — усмехнулся я, спускаясь к столу.

— А что, я чем-то обеспокоен? — спросил человек-коала, отряхивая крошки со своей синей куртки.

— Ага, так вот что это значит, — пробормотал Сет себе под нос, отпивая вина.

— Что-то ты недоволен, Сет, — вмешалась Ада.

— Ну да, я-то думал, это что-то пошлое, само собой… — начал было человек-сокол, но тут ему в лоб прилетел кусок хлеба. — Эй!