Наконец мы с отцом вышли на берег реки, и он отошёл от меня на полтораста шагов. Накинул на себя «Панцирь» и на всякий случай выставил перед собой «Щит». Вообще-то, я более чем уверен, что это перестраховка, но лучше уж перебдеть, чем недобдеть. Не хотелось бы оказаться в руках с теми самыми вилами, что раз в год стреляют.

Я, в свою очередь, активировал «Дальнозоркость». С моими возможностями использования плетения третьего ранга получается примерно трёхкратное приближение, а это уже вполне себе подспорье. Чуть подрасту и заполучу отличный оптический прицел. Никаких тебе расплывающихся целика и мушки. Другое дело, что оружия для снайперской стрельбы тут нет и в помине. И сомнительно, что у меня получится его изготовить.

Человек-то я из будущего, но талантов оружейника за собой как-то не замечал. А может, достаточно местным задать нужное направление? Ну не глупцы же они. Просто не думают в эту сторону, во многом идут на ощупь, а подскажи им, дай толчок, и они покажут такой результат, что останется только диву даваться.

Впрочем, сейчас точности должно хватить в любом случае, если только я не выполнил свою работу из рук вон плохо. Приблизив картинку, сумел рассмотреть дрожащее голубоватое марево отцовского «Щита». Прицелился в его центр и потянулся к рунам центрального ствола двенадцатого калибра.

Выстрел!

Приклад карабина весомо толкнул в плечо, но телесные руны без труда поглотили отдачу, и оружие лишь незначительно дрогнуло. Получилось не сильнее АК-74. Несмотря на дым, я увидел, что «Щит» пошёл рябью, а значит, как минимум, есть попадание в него.

Отец поднял руку, возвещая об успехе, и подал знак продолжить стрельбу. Ну я и продолжил, сделав ещё три выстрела теперь уже из стволов меньшего калибра. Затем подошёл на расстояние в семьдесят шагов и произвёл сначала четыре выстрела из рунного пистоля большого калибра, а затем ещё четыре из матушкиных кремнёвок. При этом выдерживал интервал, предоставляя возможность для подкачки «Щита» Силой.

— Ну как? — подойдя к отцу, поинтересовался я.

Нагнулся и подобрал первую пулю. Они вязли в щите и, растратив энергию, просто падали на песок, оставаясь совершенно целыми. Учитывая трудоёмкость их изготовления, у меня даже мысли не возникло оставить их. Я бы ещё и поддоны собрал, но при вылете из канала ствола они не просто раскрывались, их срывало с войлочного пыжа, и они разлетались. Собрать, конечно, можно, но потом придётся собирать как пазл, составляя их в целое. Проще выточить другие.

— Кто тебя этому научил? — даже не пытаясь скрыть своё удивление, в ответ спросил он.