— Что вы имеете в виду?
— Вы слышали о похождениях вашего деда? Который был вашим тёзкой?
— Да, — кивнул я. — И о настоящих причинах конфликта я тоже знаю. А вы?
— Я тоже. Никита Молотов гораздо ближе к вам, чем вы считали раньше, правда?
— Это так.
— Но я вынужден рассказать вам кое-что ещё, Эспер, — сказал Грушецкий, глядя мне в глаза. — То, что вам не понравится. Кое-что о вашем брате.
— О Владиславе?
— Да. Дело в том, что всё случившееся — смерть вашего отца и старшего брата, начало конфликта с Рязанью… Да и вообще то, что князь Молотов решился покуситься на Москву — это вина Владислава.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился я.
— То, что и сказал. Если бы не ваш брат, всего этого бы никогда не случилось.
— Говорите прямо, ваше высочество.
— Вы точно хотите знать? — поигрывая перстнями, спросил Илья.
— Сначала говорите такое, а потом спрашиваете, хочу ли я знать⁈ — я не удержался и повысил голос. — Конечно!
— Хорошо. Тогда слушайте…
— О конфликте между вашими родами мне известно давно, — начал князь Грушецкий. — Я был свидетелем того, как ваш дед пошёл на Рязань войной.
— Сколько вам лет? — не удержался я от вопроса.
— Сто четыре года. Мне было двадцать три, когда началась та война. Мой отец и ваш дед, Эспер Григорьевич, были весьма дружны. Поэтому отец без сомнений поддержал его в походе против Рязани.
Я молча кивнул, хотя и сомневался, что дело было только в дружбе. В политике ни у кого нет друзей. Тогдашний князь Смоленска наверняка преследовал какие-то свои интересы.
В конце концов, мой дедушка был неправ по всем фронтам. Мало того что обрюхатил чужую жену, так после этого ещё прикончил её мужа и пошёл на род войной…
А теперь нам с Владом приходится разгребать последствия всего этого.
Гордиться таким предком было сложно. Да я и не пытался.
Меня гораздо больше интересовало, что Илья Романович имел в виду насчёт Влада. Что значит, он виновен во всём, что случилось?
— Но война, как вы знаете, не увенчалась для Москвы успехом, — продолжил князь. — Поэтому ваш дед оказался в опале и был сослан в Сибирь.
— Эта часть истории мне знакома, — сказал я. — Кстати, вы не знаете, что он делал в Сибири?
— Ну как же. Основал Дальнегранск, а затем отправился на Дальний Восток.
— Это я тоже знаю. А потом?
— Судя по всему, сгинул где-то в глуши.
У меня были другие сведения. Судя по тому, что сумели нарыть Милослава и отдел разведки Тарковских, дедушка вернулся в княжества под чужим именем. Но здесь след потерялся. Я думал, Грушецкий знает больше, однако увы.
Впрочем, не о дедушке сейчас.
— Простите, ваше высочество, но при чём здесь мой дед? Вы хотели рассказать что-то о Владиславе.