Грёбаный щенок! Что за намёки⁈ Конкуренты, видите ли, появятся!
Да, он точно хочет открыть своё предприятие! Нет сомнений, что он скопировал рецепт удобрения, пока все бумаги были у него.
Это значит, что к мести присоединяется ещё один мотив. Борьба за выживание «Мандрагоры».
Андрей понимал, что деловая хватка у Терновского на высоте. Лучше не пытаться с ним состязаться. А просто убить, как он давно мечтал.
— Светозар! Светозара сюда!
— Слушаю, ваше благородие, — помощник через минуту появился на пороге.
— Помнишь, ты говорил, будто в Рязани очень красивая набережная?
— Да, господин… — непонимающе протянул Кулебин.
— Я решил, что хочу на неё посмотреть. Давно хотел побывать в Рязани. А заодно пообщаться с местными дворянами. Может, даже с князем. Направь запрос на аудиенцию.
— А-а, я… Хорошо, ваше благородие, — поклонился Светозар, разумно решив не уточнять подробности.
Вот и молодец. Разговор, который Андрей собирался провести с князем Молотовым, должен быть исключительно приватным…
— Добрый день, ваше высочество, — войдя в комнату, Левин низко поклонился. — Спасибо, что согласились принять.
— Входите, Андрей. Садитесь.
Вежливые слова звучали скорее как приказ. И Андрей, конечно, был вынужден подчиниться. Он прошёл вглубь комнаты и сел в кресло. Гвардейцы закрыли дверь за его спиной.
Князь Никита Молотов выглядел очень молодо. А ведь лет ему было около восьмидесяти, насколько знал Левин.
Но на вид Молотову нельзя было дать больше сорока. Он был стройным и высоким, с роскошной гривой русых волос, зачёсанных назад. Острый взгляд голубых глаз пронзал насквозь.
«Почти как у этого щенка Эспера», — подумал Андрей. — «Очень похожи глаза. Они не родственники, случаем? Да нет, вроде бы Тарковские и Молотовы в родословной не пересекались…»
— Как вам мой город? — спросил Никита, садясь напротив Левина. — Вы впервые здесь?
— Да, ваше высочество. Очень красивый, давно хотел здесь побывать. А кремль просто выше всех похвал.
— Рад слышать. Хотя московский кремль тоже, говорят, очень красив.
«Он что, намекает, будто я как-то связан с князем Тарковским?»
— Я так не думаю, ваше высочество. Рязанский мне нравится гораздо больше.
Никита кивнул и спросил:
— Так что же привело вас сюда, барон?
— Простите за такую просьбу, князь, но вы не могли бы включить артефакт тишины?
— Зачем? Вы хотите поведать мне какую-то тайну?
— Сделать предложение. И мне хотелось бы, чтобы оно осталось между нами.
— Вот как. Что ж, хорошо, — Молотов щёлкнул пальцами.
Между ними сверкнула синяя искра. Этот визуальный эффект был совсем не обязателен — но, похоже, князь был не прочь порисоваться перед гостем.