— Вон оно чё! — прошептал я. — Это еще кто? Кажется, я догадываюсь…

Это был олень. Он, залитый ледяным светом луны, виден из моего окна как на ладони. Его масть серая, как старая кора, шерсть свалялась космами, словно на боках нарос мох. Но главное — это его рога. Они ветвились, переплетались, уходя вверх и вширь, создавая над головой зверя подобие кроны дерева. Между отростками запутались сухие листья и клочья светящегося тумана, а кое-где, в самой гуще рогов, мерцали маленькие холодные огоньки, словно там зажглась новогодняя гирлянда.

Олень стоял неподвижно, и в этом было что-то неправильное. Живой зверь не сможет стоять слишком прямо и слишком долго. Да и смотрел он как-то уж очень пристально. Глаза у него черные, бездонные. В них не было ни страха, ни злобы, только та пугающая пустота, которая бывает в старых колодцах или в глубокой воде, когда не видишь дна. Странно, вроде бы он от меня далеко, а я могу разобрать мельчайшие детали.

Не хочу смотреть! Но отвернуться уже не получилось, потому что олень сделал шаг вперед, и воздух вокруг него пошел волной. Это было похоже на отражение в мутной воде, когда рябь разрывает картинку, а потом собирает заново, но уже не так, как было раньше. Мгновение, и вместо одного зверя на поляне стояли двое. Первое тело оказалось человеком, высоким, тощим, с серой, потрескавшейся кожей, как земля после засухи. Лицо длинное, заостренное, без возраста, и над ним — те же самые рога. Такие же огромные, раскидистые, с запутавшимися в ветвях листьями. Глаза черные, без белка, и они по-прежнему смотрели прямо на меня. Человек стоял недвижимо, а его руки висели вдоль тела. Только пальцы чуть шевелились, как будто перебирали нечто невидимое. Безрогий зверь стоял позади, низко опустив морду, и в его позе читалось что-то собачье: покорное и ждущее.

— Хозяин, — выдохнул я, не отрывая глаз. — Хозяин Хтони.

Человек с рогами склонил голову набок. Движение вышло неестественным и угловатым, как у насекомого. И в тот же самый миг безрогий олень повторил движение, словно их телами управляла одна воля. И тогда стало понятно: это не два существа. Это одно. Расколотое. Раздвоенное. Оба тела окутывала слепящая аура невероятной мощи, а меридианов в человеческом облике Хозяина я не увидел вовсе. Оно все было залито равномерным светом.

Безмерно могущественное существо подошло вдруг к огромному дубу, который рос на берегу, и обняло его. Мне показалось, что оно говорит с деревом, успокаивает его или просит прощения. Вдруг дуб вспыхнул изнутри, а потом так же быстро погас. Олень подошел к человеку сзади, и они опять срослись в единое целое. Хозяин Хтони горделиво проскакал по берегу, наклонил рогатую голову к воде, попил, а потом умчался в непроходимую чащу. Сияние его ауры погасло, а татау на моей руке потухло и перестало болеть. Спать я больше не хотел…