— Ты крысятничаешь от своих, — оскалился Флэш. — Узнают хозяева, ссаными тряпками тебя погонят.
— Не крысятничаю, — поправил я его, — а имею небольшой побочный заработок. Ты думаешь, они не знают, чем мы тут занимаемся? Да попробуй сам найти фармацевта, который захочет в сервитуте жить и со стволом ходить по улицам. Так что, если хочешь, звони.
— Я тебе цену назвал, — Флэш уже стоял в дверях. — И ты ее услышал. Другой цены не будет. Человек от меня придет завтра. Сгрузишь все ему. Начнешь жопой вилять, проснешься с сосновой шишкой вместо хера. Или без хера. Или вообще не проснешься. Скорее последнее. Ты паренек резкий, а Лилит баба серьезная. Ты ее изрядно разозлил. А если ты ее еще и в лицо шмарой назвал, я тебе от всей души не завидую.
— Что, — спросил я, — девочка не любит ошибки юности вспоминать? Она была молода и ей нужны были деньги?
— А ты смешной, снага, — хохотнул ягуар. — Если жив останешься, заходи в гости, перетрем по-взрослому. Из тебя может толк выйти. Моя визитка!
— А Орде вы тоже кислород перекроете? — спросил я его, пряча кусок картона в карман. — Они сюда охотиться приезжают.
— А вот это, лягушонок, — ледяным тоном произнес Флэш, — уже не твое дело. Не суй свой нос в чужой вопрос. Готовь товар и держи хлеборезку закрытой. А то даже пожалеть не успеешь.
И он захлопнул за собой дверь, аккуратно перевернув табличку. Теперь на улицу смотрела надпись: «Открыто. Заходите-на».
— Вот и занялся бизнесом, — уныло сказал я сам себе. — И ведь это только начало. Со мной еще разговаривают, потому что у меня точка раскрученная. Вот зараза! Ах да! Я же теперь должен ходить и оглядываться. Я ведь назвал шлюху шлюхой, и она обиделась. Кто сказал, что правду говорить легко и приятно? Кажется, тот парень тоже за свои слова пострадал…
Когда ты в воскресенье разгрузил фуру и поставил ее на приход, а потом пересчитал весь товарный запас и пришел домой далеко за полночь, то вправе поспать в свой законный понедельник хотя бы до десяти. Наломался я на той фуре знатно, потому что грузчики у нас в аптеке не предусмотрены. Надо было вместо солевых растворов для худеющих дристунов порошок заказать. Сам дурак, в общем. Тяжелая трудовая неделя, с которой я поднял всего пару тысяч, подкосила меня так, что я уснул, включив какую-то дебильную передачу по телеку. Там некий рыжий товарищ из маленького белорусского городка рассуждал о воспитании трудных подростков. Он что-то доказывал, размахивал руками, а все его слушали раскрыв рот. Оказалось, у него в школе какое-то заоблачное количество инициаций магов, и это охренеть как круто. В общем, это была такая скука, что я задремал под его бормотание. Если у меня и были мерзкие воспоминания в обоих жизнях, то большая часть из них связана со школой. Наверное, мне не повезло с учителями. С одноклассниками мне не повезло точно.