— Эт-то что было? — огромный, как медведь Семен тыкал трясущимся пальцем в убегающего червя. Он испугался не на шутку.

— Это проклятие, — хмуро ответил я. — Кто-то проклял эту семью.

— И кто же это? — сжал зубы Семен. — Мы с ним побеседуем.

— Скоро узнаете, — пожал я плечами. — Он же к нему пополз. Проклятие всегда в обе стороны работает.

— Настенька, как ты? — мать с надеждой смотрела на дочь.

— Мороженого хочу! — неожиданно звонким голосом ответила та. — Пломбир! И чтобы обязательно в вафельном стаканчике!

Катерина ревела, Семен совал мне деньги, от которых я отказался, а сослуживцы покойного Димона закрыли за меня аптеку и на руках понесли в наливайку. Там многоопытный бармен, увидев мое лицо, налил коньяка на три пальца. Прямо как я люблю.

— Эльфийский нектар, йопта, — сказал я, зная, что совсем скоро провалюсь в черную пустоту без сновидений. Я манал эту фармакопею. Какие, однако, нужны нервы для этого ремесла!

Следующим утром я проснулся на рабочем месте, то бишь в аптеке. Голова моя гудела набатом, и помнил я из вчерашнего вечера только счастливое лицо бармена, который подтаскивал коньяк, бутылку за бутылкой. Воронежская милиция пойло для гоблинов не жаловала, нормальные же люди. Плечи у меня болели, и после некоторых усилий я вспомнил, что могучие, как лоси, мужики колотили меня по ним целый вечер.

Башка раскалывалась так, будто внутри поселился взбесившийся дятел, и каждый лучик солнца, пробивающийся сквозь щель в ставнях, казался уколом прямо в зрачок. Язык напоминал наждак, которым три часа скоблили пригоревшую кастрюлю.

— Ага! — пялился я в потолок родной аптеке. — Я лежу не на полу, а на стульях. И это уже хорошо. На работу мне идти не надо, я и так уже на работе. А это и вовсе отлично. Сегодня вторник, и мне кровь из носу нужно сделать до воскресенья «Медвежью силу», «Каменную кожу» и «Мнимую смерть». По сложности они с рецептом профессора из областной даже рядом не стояли. Наверное, получится совместить работу и зельеварение с целью спасения собственной шкуры, в данный момент ни фига не каменной.

— Как узнать, настоящий ли твой друг? — спросил я у потолка, который еще не закончил свое печальное кружение по часовой стрелке. — Нужно утром после пьянки открыть холодильник!

— Сёма, я в тебе не сомневался! — промычал я, когда ноги сами привели меня в лабораторию. Там, на нижней полке холодильника, смиренно лежали две бутылки тёмного пива. Этикетка одной чуть отклеилась по углу, а горлышко покрылось прозрачной испариной, словно стекло плакало от сочувствия к моему состоянию. Я с нежностью достал из ледяной белой утробы холодные бутылки и прижал к больной голове. Звякнуло стекло о стекло, а внутри глухо плеснулась живительная влага, обещая долгожданное спасение. Вот это и есть настоящее магическое зелье! Это оно, а не колдовство некромантов мертвецов на ноги поднимает.