— Так точно, товарищ Романов, — вытянулся тот по стойке смирно, — на улице Белинского есть областная студия. Вещает примерно на 250 километров по окружности.

— Мне нужен доступ к ней, — закончил мысль Романов, — и желательно побыстрее.

— Сейчас уже почти полночь, — в некотором замешательстве ответил Христораднов, — все жители страны спят… ну или почти все. Может быть перенесем это на утро?

Но тут встрепенулся главный областной КГБ-шник:

— А зачем ехать на улицу Белинского? Мало того, что это не совсем безопасно, так еще и в этом нет необходимости. Наше управление сможет обеспечить трансляцию телевизионного сигнала прямо отсюда.

— Отлично, — наклонил голову Романов, — обеспечьте все это… и ладно, не прямо сейчас, а к девяти утра, например.

— Тогда может приляжете отдохнуть? — взял на себя функции хозяина генерал Патрикеев, — диван в комнате отдыха для этого вполне подойдет.

— Можно, — расслабленно ответил генсек, — а вы куда пойдете отдыхать?

— Здесь рядом есть хорошая гостиница, Октябрьская называется, построена специально для таких случаев… когда приезжает много руководящих работников из других регионов. Остальные туда заселятся.

— Заселяйтесь, — разрешил Романов, — вот еще что… принесли бы сегодняшнюю прессу что ли, почитаю перед сном.

— Будет сделано, Григорий Васильевич! — ответил Христораднов, но по стойке смирно вытянулись все присутствующие.

Романов шаркающей походкой проследовал в комнату отдыха к своему дивану и рухнул на него практически сходу, все-таки день выдался непростой — с утра еще были беседы и встречи в Ле Бурже, потом перелет в Варшаву и нелегкий разговор с Ярузельским и на закуску получил дворцовый переворот на Родине, который еще предстояло пресекать и разруливать не совсем понятным способом. А ведь мне уже 62 года, подумал Романов, скоро 63 будет… для политика не так уж и много, вон Рейгану уже 74, а скачет, как горный козел… а де Голль и в 80 страной руководил… но 62 года это 62 года, а не 40 и не 50… можно начинать думать о пенсии.

— Григорий Васильевич, — прервал его тягостные раздумья офицер из девятки, — сегодняшняя пресса.

И он выложил на столик рядом с диваном с десяток газет, среди которых затесалась даже одна иностранная, Нью-Йорк-Таймс. Интересно, где они ее нашли в городе Горьком-то, поневоле подумал генсек, но вслух ничего не сказал, а отпустил офицера кивком головы и начал листать страницы…

Правда и Известия ничего нового не сообщили — про салон в Ле Бурже были небольшие заметки, но самого общего характера, с фотографиями нашей техники, но ни слова про то, с кем встречался генсек. В Комсомолке внимание привлекла заметка на второй полосе о встрече в Кремле товарищей Алиева и Кунаева, но как водится, о содержании беседы тоже был молчок, желающие могут догадаться сами. В Советской культуре выделялась разгромная статья о творчестве модного художника Глазунова… гм, подумал Романов, что это за него так взялись, ногу кому-то оттоптал наверно…