— Крещатик мы сейчас перегородим, — сообщили ему в микрофон, — а ты оставайся на своем посту и фиксируй самых эктремистски настроенных. Потом пригодится.

— Первый-первый, — взволнованно почти прокричал офицер, — в номер кто-то ломится, похоже, меня раскрыли. Сейчас дверь выломают — прекращаю связь.

— Гэбэшник, — радостно сообщил остальным главный из тех, кто выламывал дверь, — я их нутром чую. Оружие вынул и на пол положил, — приказал он офицеру.

— Нет у меня оружия, — угрюмо ответил тот, — а кто вы такие?

— Инициативная группа неравнодушных граждан, — бойко сообщил этот главный, — а я руководитель группы Богдан Матвиенко. А ты кто такой?

Офицер молча вынул из кармана удостоверение КГБ СССР и показал его Богдану.

— Так я думал, — повернулся он к остальным, — хлопцы, вяжите его — разбираться потом будем.

Но далеко эти ребята уйти не смогли — в фойе на первом этаже им преградила путь группа крепких парней в гражданской одежде. Разговаривать они не стали, а просто без слов вырубили всех неравнодушных активистов хитрыми приемами. Администраторы с ресепшн смотрели на это с совершенно круглыми глазами. Потом, когда группа крепких парней забрала своего товарища и скрылась, они помогли подняться тем, кто лежал на полу.

— Они за это ответят, — мрачно сказал главный, выплюнув на ковер сгусток крови вместе с передним зубом.

Здание ЦК на Михайловской также было занято взводом спецназа — остановить митингующих на Крещатике не удалось, и они подошли вплотную к дому. В окна полетели камни, кирпичи и куски арматуры.

— Внимание, — сказал хриплый голос через мегафон, — последнее предупреждение — если через две минуты вы не очистите улицу перед зданием ЦК, у нас есть указание открывать огонь на поражение.

— Та брешет он, сученыш! — радостно выкрикнул один самый прыткий, — дави москалей!

Двое других прытких ребятишек залезли друг на друга и начали срывать красные флаги с флагштоков. Остальные продолжили кидать камни, и вдобавок откуда-то появилось бревно, которое нападавшие явно собирались использовать как таран для взлома входных дверей.

— Ну в общем я вас предупредил, — последний раз раздался усиленный голос, — пеняйте на себя.

И в этот момент позади разгоряченной толпы возник и начал тиражироваться крик «Танки!», те, кто стоял впереди, притормозили с дальнейшей эскалацией конфликта. Грозный рокот и скрежетание гусениц по асфальту теперь услышали уже все… а вскоре и увидели — со стороны Житомирской улицы к ним приближались приплюснутые силуэты Т-72… а может и Т-64. Но много их там было, два десятка точно. Буквально через пять минут танки подкатили к толпе и мегафонный голос продублировался уже со стороны головной машины.