— Вот, значит, как… — Кунаев покраснел и махом допил немаленький бокал с коньяком, — у Казахстана, я так понимаю, планируется забрать весь север…
— И запад тоже — Мангышлак с Новым Узенем, — подлил масла в огонь Рашидов.
— Ну пусть попробуют, — горько усмехнулся Кунаев, — гражданскую войну захотели? Они ее получат…
— Дорогой Динмухаммед Ахмедович, — высказал, наконец, свою главную мысль Рашидов, — а не кажется ли вам, что все наше проблемы начались и усилились исключительно в связи с приходом нового руководства в Союз?
— На Романова намекаете?
— На него и на Гришина тоже.
— Что-то давно про Виктора Васильевича никаких новостей не слышал, — признался Кунаев, — он жив ли вообще?
— Жив и здоров, постоянно проживает на территории санатория «Аркадия» в Гаграх. Но в политику пока не вмешивается.
— А хорошо бы было взять и заменить Романова на Гришина, — высказал неожиданную мысль Кунаев, — при Викторе Васильевиче было все тихо и спокойно. Никаких реформ Конституции и ни одного референдума…
— Мысль интересная и заслуживающая серьезного обсуждения, — согласился Рашидов, — в 64 году такая процедура прошла быстро и безболезненно, почему бы не повторить?
— Для этого хорошо бы обеспечить большинство в Политбюро, — задумчиво ответил Кунаев, — а после вывода оттуда Владимира Васильевича боюсь, это не так просто сделать.
— Будем работать, Динмухаммед Ахмедович, — бодро ответил Рашидов. Кстати, неплохо было бы опять меня ввести в Политбюро, хотя бы кандидатом для начала.
— В свое время мы подумаем и об этом, — веско резюмировал беседу Кунаев, за чем последовало неожиданное продолжение, — не хотите на коньках прокатиться?
— На Медео? — задал риторический вопрос Рашидов, — а почему бы и нет… сто лет не надевал коньки. Но только у вас же тут соревнования круглый год идут.
— Эта неделя свободна от соревнований, так что каток абсолютно пуст и ждет вас.
Гдлян и Иванов
— Вызовите ко мне генерального прокурора, — сказал в селектор Романов, — желательно побыстрее. И еще вот что… пусть вместе с ним будут такие товарищи — Гдлян и Иванов.
— С Гдляном все понятно, но Ивановых много, Григорий Васильевич, — прошелестел в микрофон секретарь, — какого именно надо?
— Николая Вениаминовича, — отрезал в трубку генсек. — И соберите мне досье на них обоих, на Иванова и на Гдляна.
Досье собралось за полдня — секретарь сумел напрячь нужных товарищей, и в итоге к семи часам вечера довольно пухлая папка оказалась на столе главного начальника Союза.
— Очень хорошо, — одобрил деятельность помощника Романов, — а краткое резюме по этому вопросу будет?