Что меня больше всего поразило прямо до глубины души, это маменька, вставшая на мою сторону. Ей очень не понравилось поведение дочери и невестки, и она требовала максимально сурового наказания. Правда, затруднялась его выбрать, но вроде бы на Сибири не настаивала. Скорее всего, здесь дело было в личности мрачного и грубоватого вояки. Вот если бы на месте Багратиона был кто-то другой, то тут могли иметь место варианты.

Лиза же всё время безуспешно пыталась их всех развести по углам, а Юлия с Катериной защищались, параллельно нападая друг на друга.

Выслушав все стороны, я приказал им разойтись, сказав напоследок, что не ранее завтрашнего утра лично уведомлю каждую о своём решении. И вот Катерина меня догнала, скорее всего, избавившись от материнской опеки, и теперь стояла напротив, глядя в пол и не решаясь поднять взгляд. И зачем, спрашивается, догоняла? Мне надоело вот так стоять. Тем более, судя по звукам, доносившемся из приёмной, прибежали Краснов с Розиным, и мне нужно было выяснить, что же они так бурно обсуждали. Да и мальчишки могли справиться с заданием и притащить сюда Багратиона, а его встреча с Екатериной не входила в мои планы.

— Ты так и будешь молчать, Катя? — произнёс я с нажимом.

— Почему ты так изменился, Саша? — выпалила она. — Ты всегда позволял мне поступать так, как я считаю нужным.

— Потому что в то время, когда я был всего лишь наследником нашего отца, любое моё и твоё решение могло быть оспорено. А сейчас оспорить эти решения могу лишь я сам, — ответил я, разглядывая сестру. — Ты уже достаточно взрослая, чтобы не только обращать внимание на мужчин, но и понимать одну простую истину: именно я выберу тебе мужа. И исходить я в этот момент буду из политической необходимости, причём твоё мнение в этом вопросе меня не будет слишком сильно волновать. А вот после свадьбы делай что хочешь. В конце концов это будет дело твоего мужа, а не моё.

— Но почему? — она стиснула кулачки. Горячая девчонка, её мужу повезёт или не повезёт, тут смотря с какой стороны смотреть.

— Потому что ты прежде всего Великая княжна Екатерина Павловна, а потом уже всё остальное, — ответил я, холодно.

— Да, Саша, принцессы всегда были разменными монетами и остаются ими до сих пор!Всё-таки её хорошо обучают, чего уж там.

— Если тебе приятно так думать, то да, — на этот раз я отвечал скучающе. — И да, наказание для тебя я уже придумал. Катя, тебе запрещено участвовать на любых балах и посещать даже семейные салоны до тех пор, пока мы не отметим хотя бы твоё шестнадцатилетие.

— И именно это я считаю несправедливым, — вспыхнула она, а её тёмные глаза заблестели от невыплаканных слёз. — Я ничего такого не делала. Всего лишь хотела поговорить с князем, послушать о битвах.