Царь и сам видел, что новая армия оказалась гораздо меньше и гораздо слабее вооружена. Перед тем, как написать письмо в Египет, Эргамен разговаривал с Каасом. Вызвав его во дворец, царь заставил того долго и униженно ждать, и только в конце дня допустил в тронный зал.

Восседая на резном кресле, богато изукрашенном витиеватой резьбой по слоновой кости и дереву, Эргамен вопросил.

— Расскажи, как так получилось, что моя армия, самая сильная за всё время правления, не смогла разбить крохотную армию дикаря?

Каас давно готовился к серьезному разговору, долго ждал, когда царь призовёт его к ответу и поэтому, услышав вопрос, начал отвечать, как по писаному.

— Повелитель, я привёл к тебе больше пяти тысяч воинов и все колесницы, что не достались врагу. Я не командовал войском, а Маал делал всё наперекор мне, поэтому мы и проиграли. Я смог спасти целых пять тысяч воинов, и ещё почти две тысячи собрал позже.

— Я дал тебе и твоему командиру Маалу двадцать тысяч воинов, а ты вернул мне только пять! Ты убил моих воинов! Вы с ним проиграли какому-то дикарю!

Каас опустил голову, пережидая гнев царя, а потом продолжил.

— Этот дикарь оказался колдуном, на него работают духи Африки и подземные силы. Жрецы призывали на его голову проклятья и просили помощь богов, но они оказались глухи к нам. Зато те силы, что призвал себе на помощь Егэр, оказались гораздо могущественнее, и он воспользовался ими, чтобы победить нас, и ночью на нас напали летающие монстры.

— Я знаю, — с раздражением прервал его Эргамен, — об этом я слышал уже не раз. Вы потеряли немного людей из-за этого, и больше всего от паники, что произошла ночью. Днём на вас же не нападали летающие монстры и атаковали люди, а не животные? И всё равно вы не смогли победить. Вас даже слоны не спасли!

— Полководец аксумцев или сам Егэр показал себя очень опытным, и у него оказалось очень много стрелков: пращники, метатели дротиков, лучники конные и верблюжьи, он всех их использовал, чтобы выбить слонов, — угрюмо произнёс Каас.

— А у вас разве не было лучников и пращников?

— Были, — вынужденно согласился Каас, — но намного меньше. А ещё у Егэра оказались бешеные воины, что бросались на нас.

— Я знаю, — опять перебил его Эргамен, — наслышан уже. У вас тоже были воины, которых мои жрецы сделали бешеными. Где они?

— Все погибли, мой повелитель.

— Ты погубил мою армию, вместе с Маалом, но Маал мёртв, а ты всё ещё жив.

— Я готов искупить свою вину, повелитель.

— Чем ты можешь искупить её?

— Своей службой, я выиграю следующее сражение или умру.

— Умереть ты можешь и сейчас, если я дам приказ тебя казнить, ты готов?