Завязалась перестрелка, вражеские дромадарии откатились назад, кружась в карусели смерти и довольно метко осыпая стрелами своих преследователей. Так продолжалось не очень долго, ровно до того времени, как гнавшаяся за кочевниками-стрелками группа кушитов не нарвалась на встречный слаженный огонь лучников и пращников. И если лучники давно могли бы открыть прицельный навесной огонь по кушитам-всадникам, то пращники ожидали того момента, когда и они смогут достать преследователей.
Что помешало стрелкам открыть огонь раньше, кушиты не знали, а причиной этого стал мой приказ. Увидев, что вражеские всадники погнались за моими, я приказал лучникам пока по ним не стрелять, а пращникам приготовиться. Я даже прискакал к ним, чтобы лично проконтролировать свой приказ. Не знаю, выполнили бы они его, если меня рядом не оказалось, но сейчас у них просто не имелось другого варианта.
Дождавшись установления расстояния для гарантированного поражения пращою, я выждал ещё несколько секунд, чтобы поразить уже наверняка, и после этого махнул рукой. Сразу несколько сотен камней и стрел обрушились на указанный мной отряд преследователей, буквально выкосив его. Оставшиеся в живых повернули назад, нахлёстывая верблюдов. Другие отряды преследователей, не дожидаясь, когда по ним откроют столь массированный огонь, тут же стали останавливаться и разворачивать своих верблюдов.
Повернув назад, они спровоцировали повторную атаку моих лучников-дромадариев, что уже теперь практически безнаказанно понеслись им вслед. И вновь завязалась перестрелка, в которой обе стороны продолжали терять стрелков и пехотинцев. Сражение постепенно стало вступать в свою решающую фазу.
Пристально рассматривая боевые порядки кушитов, я понял, что они колеблются, не зная, что предпринять. Мои дромадарии активно засыпали их стрелами и несли потери, но у противника потерь оказалось в разы больше. Атака их всадников не увенчалась успехом и закончилась практически разгромом, но сил у кушитов оставалось ещё очень много. В бой пока не пошли слоны, их берегут на крайний случай, но, несомненно, ими обязательно воспользуются.
Моя же тактика пока не претерпела изменений, и всё шло, как я и планировал. Размен моих воинов на противника пока шёл один к десяти, а то и больше, что меня вполне устраивало. Бросать в атаку берсерков я пока не спешил, хотя специально назначенные мной «сёстры милосердия» уже готовились поить воинов этой гадостью.
Мне хотелось разозлить противника, чтобы он сам решился на атаку, ведь держать оборону намного проще, а я ещё и убрал часть воинов, из числа самых опытных, в резерв. В связи с чем наших сил визуально стало казаться намного меньше, чем на самом деле. На то и сделан расчёт, но что предпримут кушиты? Ну да, скоро узнаю.