Второй ребятёнок остался стоять и я, погрузившись в историю, что рассказывал Шпилька, перестал обращать на него внимание.

— В общем, как ты и сказал, мы разделились. А я пошел посмотреть за торговыми рядами. Иду и вижу — Пиковая Дама по улице идёт. Я давай за ней…

— Кто идёт? — удивился я, даже не думал, что эти дети знакомы с классикой.

— Дык, Пиковая Дама! — нетерпеливо повторил Шпилька, — это барышня у нас такая, живёт в Свечном переулке, ходит вся в чёрном, и глаза у неё чёрные-чёрные, и, говорят, может даже с мёртвыми разговаривать.

Я невольно хмыкнул. Кто бы подумал.

— А как посмотрит — прямо страсть какой ужас берёт. Все боятся на неё смотреть, глаза сразу опускают. А я вот однажды на спор ей в глаза посмотрел! Да! Не побоялся! — похвастался Шпилька. — Кольцо колбасы потом выиграл. Ох и наелись мы тогда колбасы. От пуза!

Он мечтательно заулыбался, а у меня остро защемило в груди.

— Рассказывай дальше, — мягко направил я разговор в нужную мне сторону.

— Ну и вот! — запальчиво продолжил Шпилька, — я такой — шмыг за нею. Она не видит. Я умею ходить так, что меня никто и не увидит! У меня шаг тихий. Иду такой, значится, а она домой пришла и дверь сразу закрыла. Но меня за так не возьмёшь! Я на дерево влез и через окно смотрю.

Он многозначительно посмотрел на меня, ожидая реакции.

Я восторженно вздохнул:

— Ну ничего себе! Какой молодец!

— Вот то-то! — самодовольно молвил Шпилька, и продолжил, — Она на втором этаже живёт. Но я аж на самый верх влез такой и смотрю. Она сняла пальто, села за стол и давай карты метать. Страшно — жуть. Но я всё равно смотрю, как ты велел.

Шпилька посмотрел на меня триумфальным взглядом. Я поторопил его:

— А дальше?

— А потом к ней какой-то дядька пришел. Сел такой, значится, напротив неё. А она ему карты на стол мечет. Ворожит это она так. Мне Хома говорил. что она так, по картам этим, может всю судьбу наперёд посмотреть.

Шпилька завистливо вздохнул. Было видно, что ему очень хочется, чтобы Пиковая Дама ему всю судьбу рассказала.

— Шпилька, — сказал я, — зачем тебе знать судьбу? Тогда же жить не интересно будет.

— Зато я точно буду знать, пошамаю я сегодня или нет, — возразил мне пацан и я не нашелся, что ему на это ответить.

Рядом шумно вздохнул Енох.

— А потом что было?

Шпилька не успел открыть рот, как Моня издал предупреждающий выкрик:

— Генка, смотри!

— Я оглянулся — пока мы беседовали с товарищем Шпилькой, второму шкету, видимо, стало скучно, и он начал тихонько бродить по комнате. И дошел до того угла, где Мими обронила безголовую куклу, в которой раньше был Епифан. Причём в том углу валялся и сам кукольный трупик и отдельно голова. Так вот шкет этот, второй, нашел сломанную игрушку и попытался приладить голову обратно. И у него, как ни странно — получилось. И вот он сел играть с этой куклой, а тут появилась Мими…