При фразе о конях женщина недобро прищурилась. Плотнее запахнув куртку, она сказала:

— Вы у нас раньше не были. Новенькие, что ли?

— Я, можно сказать, и новенький. А вот эти ребята уже давно барону служат.

— Барону? — переспросила селянка. — Какому?

— Градову, какому же ещё.

— Градову? — женщина так широко раскрыла глаза, что Артём испугался, как бы они не выпали из орбит.

Следом она заплакала, спрятав лицо в ладонях. Ничего не понимая, Артём переглянулся с дружинниками. Он спешился и подошёл к женщине, чавкая лакированными сапогами по грязи.

— Почему вы плачете? Всё хорошо? Вот, возьмите конфетку, — он протянул ей грушевую карамельку.

Селянка удивлённо посмотрела на конфету, помотала головой и смахнула с лица слёзы.

— Барон Градов снова на месте? Михаил Александрович?

— Э-э, нет. Владимир. Михаил ещё вроде как в плену.

— Владимир Александрович вернулся?.. — и она снова заплакала.

— Ну да… Уже несколько недель прошло. Вы разве не слышали?

Селянка помотала головой и села на крыльцо. Из других домов тоже осторожно выглядывали люди. Там были женщины и дети, ни одного мужчины Артём не увидел.

Удивлённо перешёптываясь, селянки стали медленно приближаться. Они послали детей к другим домам, и те стали стучать в двери, крича:

— Барон Градов вернулся! Тут его солдаты!

— Эй, народ! — выкрикнул Сокол. — Кто-нибудь объяснит, что у вас здесь происходит? Мы дружинники барона Градова, а вот этот ры… кхм, этот молодой господин его уполномоченный посланник!

— Да-да! — Артём расправил плечи, гордый оттого, что его назвали молодым господином. — Мы ищем добровольцев в дружину. Владимир Александрович намерен победить врагов и вернуть все захваченные земли!

— Добровольцев? — сидящая на крыльце женщина грустно усмехнулась. — Здесь вы их не найдёте.

— Почему?

— После того как Градовы проиграли войну, нашу деревню захватили солдаты Муратова. Они перестреляли всех мужчин, от пацанов до дедов.

— А… зачем? — спросил рыжий.

— Понравилось им здесь. Место тихое, бабы красивые… Вот и перебили наших мужиков, а нас… нами пользуются, — тихо произнесла селянка.

— Мы их «лисички», — хрипло сказала женщина из толпы. Она выглядела молодой, но в волосах было несколько седых прядей. — Бесплатные и безотказные.

До Артёма не сразу дошёл смысл этих слов. А когда он понял, что к чему, его охватила гневная дрожь.

Он никогда не испытывал ничего подобного. Но когда представил, что пережили эти женщины за время оккупации, захотелось передушить всех солдат Муратова голыми руками.

— Уроды, — прорычал Сокол.

— Вас держат здесь силой? — спросил Артём, стискивая кулаки.