— Ты удивлён? — спросил «профессор».

— Да, — признался я.

— Слишком по-человечески, верно?

Я кивнул.

— Пускай тебя это не смущает. Ведь мы здесь очень давно, — произнёс он.

— Перед нами стояла нетривиальная задача, — в разговор вмешалась женщина, сидевшая в одном из кресел; на вид ей было около сорока, у неё были большие добрые глаза и лучистая улыбка, сразу вызывающая симпатию, — не допустить, чтобы вы поубивали друг друга, превратив такой шикарный мир в могилу.

— Нам нужно было, чтобы вы ушли естественным путём, — добавил «профессор», — ну, или похожим на естественный. Идеально подходила эпидемия, но с этим всё оказалось не очень просто. Другой путь — добровольный отказ от размножения. Деградация половых связей. И тут мы в определённой степени продвинулись.

— А потом появился ты и дал возможность использовать куда более лёгкий и безотказный способ, — улыбнулась женщина.

Я на секунду отвлёкся и увидел, что на мониторах пейзаж изменился: мы уже были довольно высоко над каменистой равниной. Где-то справа виднелось море. Мы продолжали набирать высоту.

— Но разве самоубийство — это не насильственная смерть? — поинтересовался я.

— Исключительно важна мотивация и воля, — мягко произнесла женщина, — если кто-то делает это добровольно, оставляя то, что создал — могила не формируется. Получается обычная заброшка.

Я постарался искренне, с энтузиазмом улыбнуться.

На экранах небо почернело. Мы поднялись достаточно высоко, чтобы стала видна кривизна земной поверхности.

— Куда мы летим? — спросил я.

— Туда, откуда мы вместе будем наблюдать за зрелищем, — ответил «профессор».

— Когда мы попросим тебя, ты откроешь книгу и начнёшь читать, — добавила женщина, — трансляция будет вестись во всех сетях Земли. И даже там, где, как считается, нет никаких сетей.

— Охват будет стопроцентным, — добавил «профессор», — мы позаботились.

Я кивнул. И понял, что время пришло. Жаль, не было возможности получить больше информации: например, единственный ли это корабль? Есть ли кто-то ещё на борту? Налажена ли связь с остальными?

Если повезёт — успех будет абсолютным. Если не очень — я нанесу максимальный ущерб.

Быстро, чтобы они не успели среагировать, я раскрыл книгу. И начал читать вслух.

Текст был на русском. Я видел знакомые буквы, которые складывались в слова. Я старался расслабиться, забыть, утратить давно натренированный навык понимания. Вспомнить, как оно было в детстве. И у меня получалось. Я не понимал, что читаю.

«Профессор» рванулся было ко мне, но на полпути замедлил шаг. Потом остановился, прислушиваясь.