— Чему именно?
— Базовым принципам, Олег! В кабинет зайдешь — назад не пяться, спину держи прямо. Заискивать не вздумай. Но при этом и не борзей с порога, на рожон не лезь — он там на своей территории, хозяин положения. Попытается задавить авторитетом или голос повысит — в глухую оборону не уходи. Если просто закроешься и будешь мычать, он тебя сожрет и не подавится.
— А что делать? — я внимательно ловил каждое его слово.
— Маневрировать, — усмехнулся бывший опер. — Держи дистанцию в разговоре, принимай его словесные удары вскользь. Отвечай спокойно. И главное — постоянно ищи слабые места в его позиции. Он тоже человек, у него тоже есть уязвимости. Как только он открылся, совершил ошибку — тут же бей аргументом. Понял логику?
— Слабые места… Это куда? Челюсть, глаз, дыхалка?
Степан на секунду завис, а потом запрокинул голову и раскатисто расхохотался. Он с силой хлопнул меня по плечу.
— Вот-вот! Именно так! Только бить будешь фактами и логикой, без рукоприкладства. Давай, иди и не робей. Я тебя здесь подожду.
— Езжай в офис, — сказал я, взявшись за ручку дверцы. — У тебя своих дел по горло, а я понятия не имею, на сколько здесь зависну. Если что — сам потом доберусь.
Степан спорить не стал, только коротко кивнул. Я вышел из машины, хлопнул дверью и решительно направился к дверям администрации. Внутри меня встретил классический интерьер советского госучреждения: высокие потолки, гулкое эхо шагов и красные ковровые дорожки. И, разумеется, пост охраны прямо на входе.
Путь мне предсказуемо преградил турникет и милиционер в форме.
— Гражданин, вы куда?
— К Свиридову Евгению Владимировичу, — я постарался, чтобы голос звучал максимально уверенно, словно я открывал эти двери каждый день. — Мне назначено.
— Паспорт давайте.
Я протянул документ. Дежурный раскрыл его, потом склонился над растрепанным журналом посетителей, водя пальцем по строчкам. Видимо, секретарша Свиридова, несмотря на свои возмущения по телефону, все-таки внесла мою фамилию в список на вход — сержант протянул мне разовый пропуск вместе с паспортом.
— На третий этаж. Как по лестнице подниметесь — сразу направо по коридору. Триста двенадцатый кабинет.
Я убрал паспорт во внутренний карман пиджака и, проходя через щелкнувший механизм турникета, кивнул:
— Спасибо.
Впереди была широкая лестница с красной ковровой дорожкой. Я сделал глубокий вдох, мысленно прокручивая в голове предстоящий разговор, и начал подниматься на третий этаж.
Секретарша в приемной Свиридова встретила меня полным бюрократического презрения взглядом, как очередного надоедливого просителя, явившегося без предварительной записи. Но стоило мне назвать свою фамилию, как ее лицо перекосило. Она торопливо, без лишних вопросов, исчезла за дверью кабинета шефа.