— Молчу, — фыркнул я, однако сделал в памяти зарубку.

Может, разгром и пошёл остроухим в чём-то на пользу, но вреда наверняка принёс не меньше. Хотя эльфы-пираты — это, конечно, номер. Раньше про такое слышать не доводилось. Интересно, у них есть попугаи-матершинники? Или пауки, бегающие по реям аки та самая обезьянка капитана Барбоссы? В конце концов, подземные города — это к тёмным эльфам, у них вполне могут быть в чести многоногие твари. И сдаётся мне, в рабство к таким ребятам лучше и правда не попадать.

Как бы там ни было, наш с учителем разговор иссяк, а руды вокруг было видимо-невидимо. Сказал бы, что копать можно отсюда и до обеда, но на деле работы здесь одному человеку на месяцы, если не больше. Однако подобное развлечение было вполне в стиле моего горячо любимого наставника: «Сделай — и пофиг как». Но за последнее время я как-то уже приноровился к тому, что на какую-то тему мне могут без проблем прочитать целую лекцию, а где-то заставят дойти до всего своим умом и старанием.

К тому же я заметно физически окреп и чуть-чуть начал дружить с магией. У друидов не было специализированного заклинания поиска или наблюдения, но мне уже под силу было слушать лес, к примеру, почуять нору какого-нибудь грызуна и её хозяина в нескольких метрах от себя. Со слов Корнегура, он мог знать обо всём и обо всех вокруг на пару километров. До подобного ученику мастера, конечно, было ещё пахать и пахать. Но однако, потихоньку ворочая камни и двигаясь вверх по холму (потому как многие булыжники оказывались зажаты собратьями, лежащими сверху), я внимательно прислушивался к своим ощущениям.

Первые пару часов это ничего не дало, но в какой-то момент я всё-таки почувствовал тонкий, едва различимый зов, напоминающий тонкий хрустальный звон. Чтобы определиться с источником, пришлось замереть. А через секунду из меня едва слышно вылетело:

— Шпаги звон, как звон бокала, с детства мне ласкает слух…

Разобравшись с тем, где лежит мой камушек, я начал работать активнее, время от времени помогая себе своим посохом, как ломиком. Ещё один инструмент служителей природы, которым я пока не мог сделать почти ничего. Собственно, сейчас все мои магические таланты заключались в небольшом отводе глаз, не особо сильном исцелении, ударе ветром вроде подачи с кулака (причём не тайсоновского) и возможности заставить корни расти по моему желанию. Правда, опять же до скорости учителя было как раком до славного города Шанхая. Я даже зайца не смог бы ухватить древесными тисками. Особняком стояла связь с Ахиллом, который начал мне сейчас активно помогать своими лапами, а также физические кондиции. Но это такая себе магия. Это вам не устроить ураган, который влетит в крепостные ворота и выбьет их к чёртовой бабушке, или молнии, способной запечь рыцаря в его доспехах, как цыплёнка в фольге. Всё сильно скромнее.