— Уже вернулся, Рэзор? — отвлёк меня от мыслей глубокий мужской голос.

— Да, отец Шарп, — отозвался я, опустив топор и посмотрев на, пожалуй, не только пастора Часовни Света, но и своего приёмного отца. В какой-то степени. Всё-таки мы оба знали, что не являемся родственниками, да и взрослому мужику, если он, конечно, не болен на голову, трудно вдруг воспылать сыновьей любовью к другому взрослому мужику. И то, что я обретаюсь в теле сопляка, сути дела не особо меняло.

— Хорошо. Как закончишь, наноси воды и помоги мне со страждущими, — кивнул мне высокий, худощавый мужчина с узким лицом, которое обрамляла короткая седая борода.

— Ага, — кивнул я, мотнув русоволосой головой.

— И не агакай, — фыркнул священник, неодобрительно глянув в мои зелёные глаза.

— Ваше желание исполнится, отец Шарп, — церемонно поклонился ему я, приложив руку к сердцу.

— Балбес. Скоро с меня ростом будешь, а в башке дурь одна, — закатил он глаза, разворачиваясь. Правда, я заметил, что уголки его губ слегка приподнялись вверх в улыбке.

Мной уже давно были пройдены все стадии — от гнева и отрицания до смирения и принятия моего нынешнего положения. Я даже нашёл в нём свои плюсы. Хотя бы то, что долбаное колено больше не болело, так как почило вместе с моим телом на Земле, а сам я был молод, здоров и даже чуть красивее обезьяны, как и положено настоящему мужчине. Да и в росте действительно обещал однажды обогнать воспитателя, став тем ещё лосём. Хотя, конечно, быть ребёнком в Средневековье — сомнительная радость, и речь даже не об элементарных бытовых проблемах, пусть они и присутствуют. Мне тут не то что с детьми — с большинством взрослых-то тяжело общаться, так как крестьяне темны, как три подвала, в силу элементарного отсутствия образования, не говоря уж о кругозоре. Да и откуда ему взяться у людей, которые по сути постоянно заняты борьбой за выживание? Вся их жизнь — это битва за урожай, которого должно хватить до следующего тёплого сезона. К тому же часть еды барону надо будет отдать. Мне же повезло попасть на воспитание к местному священнослужителю, уважаемому и, прямо скажем, небедному члену общества. А потому голод мне не грозил, а сам мой воспитатель всё-таки закончил местный аналог семинарии, а потому вполне мог считаться тем ещё интеллигентом, которого интересно послушать. Всё-таки отец Шарп умел говорить с людьми при его-то профессии и к тому же не скупился на знания ни о нашем королевстве Ванкона, ни о его ближних соседях, людских государствах, ни о дальних вроде загадочных эльфов севера или юга, хитроумных гномах, яростных орках или нагах-змеелюдах, облюбовавших болотистые острова, где они себя чувствуют увереннее, чем анаконда в Амазонке. А главное, отец Шарп владел магией! Ну или чем-то чертовски на неё похожим.