Мы же проехали вперёд ещё пару часов, а затем свернули с дороги, ища последние известные следы излишне бодрого покойника. Те нашлись относительно быстро недалеко от небольшого лесного озера. Осмотрев его, друид повернулся ко мне и поинтересовался:

— Ну, чуешь что-нибудь, ученик?

— Да, — спустя пару секунд ответил я. — От воды мертвечиной потягивает. Похоже, ещё один покойник подо льдом.

— Сдуй-ка снег, — приказал он мне.

Я на это лишь пожал плечами и бросил с посоха растянутый в ширину порыв ветра, целя в то место, откуда чуял дохлятину. Белый покров скинуло вбок. А через секунду Корнегур бросил похожее заклятие, но воздушная волна была горяча, как в кузне. Она растопила пару миллиметров льда, который имел неровности и вкрапления снежка, сделав твёрдую гладь озера прозрачной. У берега мы увидели мужика в кожаном доспехе, который пытался процарапать преграду к воздуху медленными движениями. Да только на руках у бедолаги отсутствовали ногти — похоже, уже успел их стереть. В груди была видна дыра, похожая на ту, которой мог похвастаться знакомый нам всем голубоглазый живчик. Только у этого зенки были вполне обычного цвета.

— Вот и второй, — хмыкнул барон. — Разбейте лёд. Пусть выберется, порубим его на куски.

Пожав плечами, я опять бросил кулак ветра, но на этот раз куда более концентрированный. Лёд не разлетелся брызгами, но в нём образовалась дыра размером с человеческую голову, от которой разошлись трещины. Последние месяцы не прошли даром — заклятие у меня уже было куда мощнее, чем при прошлой встрече с Зорким Глазом. Надеюсь, на следующем поединке это поможет. Как бы там ни было, мертвец не стал тупить. Тут же воспользовался возможностью подняться наверх и, расширив проход, вылез на свежий воздух, после чего бросился на нас. Но тут же оказался надет на копья, а через мгновение лишился головы вследствие удара сира Лионеля. Вслед за бестолковкой сначала последовали руки, а затем и ноги жмурика. Сил у барона было с избытком, а меч выгодно отличался от моего охотничьего ножа, справляясь с мясом и костями за один удар с показной лёгкостью.

Вытерев клинок, Бром поинтересовался:

— Над этим тоже будете совещаться или сразу во имя Света упокоите?

— Он отличается от предыдущего, — проговорил отец Шарп, глянув на щёлкающую зубами голову, и повернулся ко мне: — Что думаешь, сын мой?

Кажется, кому-то не понравилось, что эксплуатирует меня один Корнегур.

Припомнив нюансы, я пожал плечами и начал высказывать свои предположения:

— Оба убиты одним и тем же заклятием и, судя по всему, в одном и том же месте. Но в том, который имел броню получше, некроса поменьше — вероятно, кожаный доспех принял на себя больше урона. Да и второй мертвяк вообще выглядит побогаче. Но без пояса и без оружия, в отличие от первого. Вероятно, с одного сняли трофеи, а со второго побрезговали. Или он сразу зашевелился. Можно ещё сдуть снега и поискать тут опять замёрзшую полынью. Сдаётся мне, их тут притопили до весны. Однако тот, что был с тесаком, дошёл до берега по дну и организовал себе путь наверх, просто пойдя вперёд куда глаза глядят. А неудачник остался. Правда, всё равно непонятно, зачем поднимать трупы, а потом их топить. Разве что некромант решил подмять под себя шайку бандитов и показательно казнил атамана и ещё одного авторитетного бойца, нагнав страха на остальных. Стать нежитью и барахтаться подо льдом — участь незавидная, разбойников могло и пронять.