— Проведите меня к тяжелораненым, — попросила Ольга.

— Сюда! — указал Загряжский.

Он повел ее в дальний конец палаты. Ольга подошла к первой койке. В ней лежал молодой солдат, укрытый до подбородка. Руки в рукавах нательной рубахи вытянуты поверх одеяла. Ольга шагнула в проход. С бледного лица на наследницу смотрели синие глаза, в которых читались восторг и обожание. Наследница и будущая императрица соизволила проявить внимание к простому солдату!

— Как твое имя, братец? — спросила Ольга.

— Иван я, ваше императорское высочество, — прошептал солдат. — Кузьмичевы мы.

— Где был ранен?

— Под Сморгонью.

— Как тебя угораздило?

— Герман бомбы из пушек кидал. Одна разорвалась близко. Кольку и Митьку — наповал, а меня — осколком в живот. Думал, что помру. Дохтур спас. Осколок достал, живот заштопал. Теперь буду жить. У Лесного, бают, все выживают. Спаси его бог! — раненый перекрестился.

— Лесной? — Ольга посмотрела на Загряжского.

— Зауряд-врач Довнар-Подляский, — пояснил тот. — Солдатам трудно выговорить его фамилию, вот и окрестили Лесным. Им так привычнее.

— Крест! — приказала Ольга.

Подскочивший адъютант подал ей крестик на колодке, украшенной черно-желтой лентой.

— Это тебе за храбрость! — Ольга вложила награду в белую ладонь солдата. — Поправляйся, Иван Кузьмичев!

— Рад стараться, ваше императорское высочество! — прошептал солдат.

Ольга кивнула и подошла к другой койке. Там сцена повторилась, включая поминание «Лесного». Обойдя всех тяжелораненых, наследница направилась к выходу.

— Теперь к офицерам? — спросил статский советник в коридоре.

— Попозже. Хочу поговорить с вашим «Лесным», — она улыбнулась. — Он и вправду хорош?

— Золотые руки! — подтвердил Загряжский. — Оперирует, как бог. Что удивительно, учитывая его возраст. А знает сколько! Старые врачи, у которых десятки лет практики, такого не ведают. В Германии учился.

— В Германии? — переспросил лейб-медик из-за плеча Ольги. — У кого?

— У профессора Бауэра из Мюнхенского университета.

— Слышал, — кивнул лейб-медик. — Хотел бы поговорить с зауряд-врачом.

— Он сейчас занят — оперирует.

— А можно посмотреть? — спросила Ольга.

— Ну… — Загряжский замялся. — Он этого не любит. Выгнать может.

— Наследницу? — улыбнулся лейб-медик.

— Насчет ее императорского высочества не знаю, — вздохнул статский советник. — А меня прогонял. Без халата в операционную вошел.

— Выгнал? — удивилась Ольга. — Своего начальника?

— Штатский человек, — развел руками Загряжский. — То, что его одели в мундир, дела не меняет. Для Валериана Витольдовича не существует чинов.