Подышав свежим воздухом, отравленным выхлопными газами, Блейк вернулся в номер.
Стекло — на поляризацию.
Освещение — потолочные панели. Голосовая настройка, максимальная яркость. Гостиница хоть и занюханная, но базовые представления о комфорте имеются.
Блейк не сомневался в том, что его ищут, поэтому действовал быстро. Извлек из сумки контрафактный револьвер, собранный чуть ли не вручную подпольными мастерами восточного побережья. Револьвер был смазан, помещен в кожаную кобуру и готов к использованию. Здоровенный «Кольт Питон» с шестизарядным барабаном, хромированным стволом и лаконичной деревянной рукояткой, на которой красовалось изображение скачущей лошади. Говорят, что выпуск «питонов» прекратился в 2005 году. Задолго до погружения мира в дикость. Блейк понимал, что держит в руках копию, сделанную по украденным где-то схемам. Добротную копию, испытанную на оборудованном в лесу стрельбище. Убойную и безотказную.
На кровать легла коробочка с «магнумовскими» патронами.
Блейк откинул барабан и неторопливо зарядил все шесть камор. Рывком поставил барабан на место.
Кобура устроилась на теле как влитая.
Блейк сложил в сумку патроны, нехитрые пожитки и кое-какую одежду, оставленную в шкафу днем. Туда же убрал заживляющий клей. И встал, намереваясь покинуть гостиницу навсегда.
В дверь постучали.
Шеф устранителей застыл на полушаге. Самым разумным представлялось немедленное бегство, но что-то останавливало.
Почерк.
Убийцы Муравецкого прыгнули бы прямо в комнату и атаковали без предупреждения, чтобы застать жертву врасплох. А здесь — вкрадчивый стук. И тишина, никаких звуков.
Блейк посмотрел на дверную ручку. Никто не пытался ее дергать, поворачивать, мягко нажимать. Телепатическое сканирование не дало результата — Блейк уперся в пустоту. Не в блоки, искусственные или биологические. Именно — в пустоту.
Приняв решение, он пересек комнату и тронул запирающий сенсор. Дверь распахнулась в длинный пустой коридор, освещенный тусклыми лампами.
Никого.
Блейк постоял несколько секунд, глядя в нутро гостиницы. До слуха донеслись приглушенные звуки разговоров, звон посуды, женский смех, шорох бегущей в душе воды.
На коврике под дверью лежала записка.
Бумажка, свернутая в несколько раз. Вырванная из ученической тетради в клеточку. Настолько неуместная в десять вечера у номера «мертвой души», что выглядела дурацкой шуткой.
Распространители рекламы?
Идиотские игры персонала?
Всё бы хорошо, да неведомый почтальон постучал, сообщая о своем визите. Кому-то очень нужно, чтобы Итан Блейк прочел эту записку.