— А там… — Криппи аж всхлипнул, болтаясь на лестнице.

Он явно знал ответ, но как большой ребенок хотел услышать всю историю до конца.

— А там, как оказалось позднее, находились инженерные доспехи. Боевой костюм, по сути. Сервоприводы, вооружение, навесные и встроенные инструменты. А внутри доспехов покоился инженер Джейк Глыба Мортис — одна из знаменитейших личностей корпорации СурвМаунтинс и тот, кто возглавлял строительство Хуракана со стороны своей организации. Все знали, что он умер во время завершающего этапа стройки убежища, но никто не знал, где его могила — полагали, что она на поверхности. Где-то там, где сейчас бродят мутанты. А она оказалась здесь… под уличным покрытием… Вот и вся история. Могилу решили перенести, инженера перезахоронить, но уже без его столь ценного для нас имущества. А раз имущество перешло в собственность Хуракана — Тетушка Мо получила десять процентов от его стоимости. И стала очень богатой… Прожила еще три года и умерла от цирроза печени, спившись на радостях. Как-то так…

— Умеешь ты истории заканчивать…

— Ага, — бросил я и потащил ведро по центральному путеводу.

— А бабку мне один черт не жалко! — донеслось мне вслед.

— Да никому не жалко! — крикнул я в ответ и почти уронил полное грязи ведро на пол.

Выждав пару секунд, я сменил руку и потащил эту гадость дальше.

Плечи ломит так, как никогда прежде. Что-то щелкает внутри носа, прямо вот щелкает, по-другому не назвать, и что-то копошится где-то за левой глазницей. Будто крохотный червяк как-то попал мне за нижнее веко, заполз дальше за глазное яблоко и там заблудился, слепо ползая по кругу и изредка пытаясь прогрызть себе путь к свободе…

И один черт я, мягкотелый дебил, не стану будить усталого Нурлана, что вон там у стены едва заметно подрагивает во сне…

Вернувшись с пустым ведром, я спустил его вниз и глянул на присевшего на корточки Криппи, что обхватил голову грязными ладонями и покачивался, светя налобным фонарем вниз.

— Эй… не спятил еще там? — я попытался спросить это бодрым тоном, но сорвался на протяжный долгий зевок.

Криппи ответил не сразу. Он еще с полминуты так сидел в ставшей чуть чище воде, а когда поднялся и уставился на меня, то едва слышно спросил:

— Вот на кой хрен это все, Амос?

— Что «это»?

— Ну вот наша тухлая сурверская житуха — на кой хрен она нужна, а?

— Не въезжаю…

— Да все ты въезжаешь! Холисурв! Все ведь знают, что ты не дебил, а начитанный придурок!

— Круто…

— Ты ведь сам хоть раз на эту тему извилины напрягал, верно?

— Даже пару раз, — согласился я. — Задумывался о прошлом и о будущем… О том, что все свои дни нашему поколению придется провести в коридорах Хуракана.