— Очухался? — голос прозвучал холодно и равнодушно. Случившаяся на дороге бойня не поколебала внутреннего спокойствия неизвестного мага. Это произвело на бывалого солдата впечатление. Похоже убивать для колдуна так же естественно, как для некоторых дышать.

И это было не показное безразличие, Сорен это четко уловил, магу и правда было плевать на перебитых солдат. А вот это уже вызывало опасение. Если ему так легко убивать, что помешает избавиться от него, когда допрос закончится. Одним мертвецом больше, одним меньше, какая разница.

Это заставило подобраться, в памяти всплыли последние минуты после боя, когда враг упомянул о неком долге, который теперь повис на командире воинов в черном с золотом.

Что он там говорил? О купленном задорого жилище и разрушенном городе. Может в этом шанс уцелеть? Сорен давно не был наивным мальчишкой, только ушедшим из дома и верившим в воинское братство, готовый молчать во время пыток, защищая своих товарищей. Это была война и командиры знали куда отправляли солдат, многие задания нередко заканчивались смертью. Говорить о сплоченности в такой ситуации мог лишь доверчивый идиот.

Сорен идиотом не был, жизнь отучила, и поэтому готовился торговаться, лихорадочно придумывая, что может заинтересовать такое существо, как сидящий по другую сторону костра маг. Называть его обычным человеком язык не поворачивался, не после устроенного на дороге кровавого побоища.

— Ты сказал, что тебя зовут командир Сорен, полагаю ты являлся предводителем отряда, отправленного к Последнему Приюту, — сказал маг, словно продолжил недавно прерванный разговор.

Голос прозвучал равнодушно с толикой скуки. Собеседник показывал, что его интересуют ответы постольку поскольку, и если пленник станет упрямиться и не отвечать, то без колебаний в ход будут пущены иные меры воздействия, в том числе пытки. Как опытный солдат, Сорен четко это почувствовал, и поэтому предпочел не нагнетать.

Бой закончен, он проиграл, попал в плен, глупо изображать из себя героя, готового терпеть боль. К тому же, он и без этого знал на что способно спокойно сидящее на валуне существо в человеческом обличье. Куча плавающих в собственной крови трупов убедила.

— Да, это так, — хрипло выдохнул Сорен и повел плечами, пытаясь сохранить независимый вид и всего одной фразой умудрившись передать невысказанный вслух ответ — да, возглавлял отряд, да знал о магической атаке на город, не мог не знать, ибо именно на взаимодействии воинов и проникшего за городские стены диверсанта-одиночки базировалось нападение на вольных торговцев, устроивших себе дом под Одинокой Горой.