Впрочем, дальше Голден пишет, что ни Соединенные Штаты, ни Запад не пойдут на осуществление такого плана, потому что общество никогда его не поддержит. Прав ли был Голден в оценке общественной поддержки превентивной ядерной войны или нет, интересно подумать, что означала бы его правота. Очень хочется видеть в этом признаки этических эволюционных сдвигов. Разве общество начала бронзового века задумалось бы над подобным вопросом хоть на минуту?[273]

То есть, если можно сказать, что мы как-то изменили древние стандарты поведения с учетом силы атомного оружия, у нас все же сохранились другие шаблоны, которые всегда имели логический военный смысл, но теперь в значительной степени повышали вероятность того, что мы поубиваем друг друга. Что бы вы сделали на месте Соединенных Штатов, если бы узнали, что ваша монополия только что рухнула? Традиционная политика потребовала бы восстановления технологического превосходства или доминирования. Вы продолжили бы изобретать и совершенствовать оружие и создали бы следующую систему. Менее всего вам хотелось бы рисковать отставанием от другой стороны, которое могло грозить гибелью.

Но если вы еще не поняли до конца, как справляться с силой недавно созданного оружия, то разумно ли будет создавать более мощное?

Когда в октябре 1949 года Советский Союз успешно испытал первую атомную бомбу, Трумэн обратился за помощью к физикам, в том числе и к Роберту Оппенгеймеру[274] . Президент хотел понять, следует ли создавать следующее поколение супербомб (сегодня мы называем это оружие термоядерным, а в те времена оно получило приставку «супер»). Он хотел знать, следует ли Соединенным Штатам разрабатывать оружие следующего уровня и каковы шансы на успех, если такие работы начнутся[275] . А если ответное оружие изобретут, то поможет ли это решить возникшие проблемы? Физики ответили, что создавать новое оружие не следует. Водородная бомба, если она будет создана, окажется в тысячи раз более мощной, чем те, что уничтожили Хиросиму и Нагасаки[276] . Человечеству не нужно иметь дело с такой силой, потому что оно вряд ли сможет с ней справиться.

«Мы считаем, что создавать супербомбу не следует никогда, — писали физики. — Человечеству гораздо лучше не видеть разрушительной силы подобного оружия, пока не изменится мировой общественный климат». (То есть «пока мы не станем более цивилизованными»?)

Мысль, что мы не должны создавать более мощное оружие, идет вразрез с традиционным человеческим поведением, и это говорит нам о совершенно новой дилемме, которая встала перед нашим видом. Должно ли человечество, столкнувшись с потенциальной возможностью самоуничтожения, отказаться от разработок нового вооружения?[277] Это означало бы полный отказ от попыток открыть нечто более мощное и смертоносное, чем уже имеющееся оружие. Но как цивилизация может перекрыть поток подобной информации? И кто наделен правом принимать такое решение?