Наемник затрясся. Не от боли в привычном понимании. Это было ощущение распада, разложения изнутри. Его собственная, упорядоченная магия начала бунтовать, корчиться, пытаясь вырваться наружу. Лицо ублюдка скривило судорогой.
— Стой… — выдавил он. — Не надо… Скажу.
— Ок. Говори. — Я убрал руку от его лба.
— Информация… о побеге секретна… — слова давались магу с трудом. — Откуда узнал Хозяин Теней… не в курсе… Лорд Риус объявил, что ты больше не будешь выходить на Арену… из-за травмы. Хозяин Теней… не поверил. Думаю, он пришёл к выводу о побеге сам… Потом Охотники… пошли по твоему следу… нашли убитого Хранителя Врат… убрали его… Хозяин Теней поставил нового Хранителя… Чтоб никто не догадался. И отправил Охотников дальше… но ты убил двоих… Теперь мы… Следопыты…
Логично. Шэдоу не дурак. Риус попытался скрыть мой побег, но Хозяин Арены почуял неладное. Начал своё расследование. Нашёл первую зацепку — труп на Вратах. И пошло-поехало.
— А теперь главное, — я наклонился ближе. — Наёмники — это уши и глаза. Вы всегда всё знаете. Кто ещё интересовался мной за прошедшие восемь лет? Кто спрашивал про Выродка особенно сильно? Год назад, два года назад, пять?
Глаза Следопыта расширились. В них промелькнуло что-то большее, чем страх.
— Не могу… — пробормотал он.
— Врёшь.
Я снова положил руку ему на лоб и усилил давление.
— Не могу! — выкрикнул он, захлёбываясь. — Клятва!
В следующую секунду его речь оборвалась. Рот остался открытым, но звуки исчезли. Глаза остекленели. По вискам и шее поползли тонкие, как чернильные потёки, трещины. Они светились изнутри тусклым багровым светом.
Клятва. Клятва на крови о молчании. Сработала только сейчас, когда возникла угроза выдать секретную информацию.
Свет в трещинах вспыхнул ярко — и погас. Следопыт беззвучно обмяк, глаза закатились. Из ушей и уголка рта вытекла струйка тёмной, почти чёрной крови. Мёртв.
Я отстранился. Грёбаный наёмник точно знал о чем идёт речь, но сдох из-за магической печати. Человек без лица очень не хочет, чтоб его нашли.
Колокольчик издал громкое «дзынь!», как только я толкнул дверь. Звук ударил по моим напряжённым нервам. Сейчас, после фиаско в торговом центре, переливчатый звон казался издевательством.
Я — фееричный осёл. Пытаюсь распутать паутину восьмилетней давности, но пока только беспомощно сучу ножками в пустоте, как пришпиленное к доске насекомое.
Переступил порог. Постарался придать лицу нейтральное выражение. Внутри всё клокотало. Хотелось вырвать этот гребаный колокольчик и забить его глубоко в глотку тому, кто придумал долбанные магические клятвы.