Потом сделал важное дело, которое привело меня за гаражи, равернулся и пошел прочь. Город, старый, но совершенно не похожий на себя, ждал.
Я вернулся. Не мальчиком, которого уложили на жертвенный алтарь, а мужчиной, которого выковали в чужом мире. И кому-то очень скоро предстояло за это ответить.
Но сначала нужно найти магазин, где продается что-нибудь съестное. Потому что месть — местью, а жрать хотелось неимоверно.
Пока двигался по району в поисках места, где можно перекусить, невольно окунулся в старые воспоминания. В ту точку, которая стала началом конца.
Это произошло за пару лет до того, как пятеро долбанных ублюдков решили принести меня в жертву ради кусочка волшебства.
Какой-то умник, то ли физик, то ли химик по фамилии Арманд, в ходе своих изысканий обнаружил, что реальность похожа на слоеный пирог. Помимо нашего существуют и другие миры.
Этого ему было мало. Хотелось мировой славы придурку. Он, в доказательство своей теории, взял и организовал связь с другим миром. Телемост, чтоб его…
И действительно, соседи обнаружились. Даже снизошли до контакта с нами. Я помню, как радовались люди на улицах, как смеялась мать, как отец выпил по этому поводу пару бокалов вина.
Ничего б себе! Иной мир! Да еще с магией! Сейчас, как заживем!
Однако наш слой оказался самым закостенелым, самым вырожденным. Именно так нас назвали маги Изначального града. Вырожденцами.
Поэтому они не рвались преодолевать барьер между мирами, чтоб наведаться в гости. Чисто физически — могли. Маги же. Но на кой хрен им это надо, если при переходе они оказывались там, где волшебства не существует, а потому в течение достаточно короткого промежутка времени просто теряли бо́льшую часть своих возможностей, если не все. Превращались в обычных балаганных фокусников.
А вот мы… Мы даже технически не могли попасть в Изначальный град. Если мне не изменяет память, все попытки закончились — ничем. О результатах экспериментов, связанных с переходом, скромно умалчивалось. Это уже потом я узнал, что на самом деле произошло с добровольцами. Они просто сгорели в хлам, в труху.
Хотя, теперь я склонен думать, что в бо́льшей степени причиной неудачи было нежелание самих магов пускать в свой мир вырожденцев. Вдруг наша полнейшая, непробиваемая антимагичность заразна.
Но люди — те еще сволочи. Они приспосабливаются ко всему. И мы приспособились. Волшебства всем хотелось до одури, а значит срочно требовалось найти возможность его получить. Тем более, когда оно совсем близко. Только руку протяни.
Появились конторы, частные фирмы, которые за большие деньги проводили специальные «ритуалы». В основном на крови. При полном, так сказать, согласии клиента. Все добровольно и только по желанию.