Потом отец быстро, по-деревенски, почистил картошки, покрошил её кубиками, бросил в закипевшую на плитке кастрюлю, высыпал туда два пакета супа и накрыл крышкой. Потом временами подходил, помешивал, и где-то через 10 минут суп сварился. По всей квартире разнёсся такой же запах, какой был вчера, когда родители приехали с работы.

— Садись, Сенька, чем богаты, тем и рады, — отец налил Выживале супа в маленькую эмалированную чашку, отрезал и положил на клеёнку кусок хлеба. Вот и весь ужин. Правда, был ещё карамельный петушок на палочке, завёрнутый в красно-зелёную бумажку, который сегодня подарила Клавка и который Выживала весь день протаскал в кармане штанов. Да и отец в магазине, оказывается, купил ему круглую шоколадку. Плюс килограмм круглой карамели, которой можно было сломать зубы.

— Медалька! — рассмеялся батя и положил перед Выживалой шоколад. — Ещё рублёвой карамели взял килограмм, к чаю. Только чур, Семён — сладости только после супа!

— Почему вы называете меня Семён? — спросил Выживала.

— Ты когда маленький был, вместо Женя говорил Сеня, — рассмеялся батя. — Вот и зовём тебя в шутку Семён.

Да… Ответ на вопрос с именем оказался неожиданно простым…

…Пожалуй что, эта крошечная, круглая, весом в пару десятков граммов, шоколадка была единственным продуктом, который связывал его с 21 веком. Шоколад Выживала всегда брал в поход, это был хороший источник энергии, причём такой, которую легко подать в организм, без готовки и без разжигания костра.

После ужина батя решил немного вздремнуть, да и Выживала тоже почувствовал, что намаялся, пришлось тоже лечь поспать. Разбудила его бабка Авдотья, пришедшая с работы. Выживала проснулся и посмотрел в окно: свет солнца на улице стал красный, и тени удлинились. Похоже, на улице был вечер, как минимум, полдевятого. А спали долго, с удовольствием, и Выживала почувствовал, что хорошо отдохнул.

Отец проснулся тоже и, судя по повышенному голосу, о чём-то спорил с матерью, которая не соглашалась с сыном.

— Маманя! Я тебе говорю: протопить печку надо! — напористо говорил отец. — Я сам чувствую: пропастиной уже пахнет! Так ещё какой-нибудь туберкулёзой заболеем тут всей семьёй! Нет, мать, живёшь ты у нас, а хозяева мы, так что будет так, как я сказал. Сейчас я почищу печку, принесу дров и на вечер протоплю половину ведра.

Выживала, потирая руками глаза, вышел в комнату. Бабка сейчас сидела в халате за столом и готовила себе какое-то блюдо. На удивление Выживалы, она не стала есть то, что приготовил батя. Выложила на тарелке из банки кислую капусту, посыпала резаным репчатым луком, полила постным растительным маслом и начала есть. Даже без хлеба! Увидев, что Выживала проснулся и вышел в зал, предложила ему.