— Продолжай.

— Это значит, что-либо у вас нет слуг, и тогда ваше положение хуже, чем говорят слухи. Либо вам нужен не просто счетовод, а человек определённого типа, и вы хотите оценить его лично. Либо вы видите что-то, чего не видят другие, и тогда вопрос: что именно?

Сообразительный парень. Это радует.

— Я помню тебя на отборе, — сказал я.

— Вы про невозможное задание с тысячью отжиманий… — он кивнул.

— Ты ушёл. Развернулся и ушёл, пока остальные четверо ещё переваривали услышанное. Мне любопытно: зачем тебе вообще было это обучение? Такие как ты обычно не рвутся в бой.

Игнат помолчал, и я видел, как за его глазами что-то мелькнуло, что-то личное, чего он не хотел показывать.

— Таких как я любят бить, — сказал он наконец, и голос его прозвучал ровно, без жалости к себе. — Тихих, слабых, тех, кто не даёт сдачи. Мы с Варей остались одни, и я понял, что должен научиться защищаться. Или хотя бы попытаться это сделать.

Варя в углу подняла голову от книги, и на секунду её лицо стало совсем другим, детским и уязвимым. Потом она снова уткнулась в страницы, но я заметил, что она больше не читает.

— Но ты не прошёл, — сказал я.

— Я знаю.

— А догадываешься почему?

— Потому что я ушёл?

— Потому что мне нужны люди с волей. Те, кто готов биться за невозможное, даже когда разум говорит, что шансов нет. А ты слишком рационален, Игнат. Ты посчитал вероятность успеха, посчитал цену участия, посчитал, что получишь в случае победы, и решил, что овчинка не стоит выделки. Принял решение за три секунды, пока остальные ещё пытались понять, шучу я или нет. Это не трусость, это ум. Но это не то, что мне тогда было нужно.

Он смотрел на меня молча, и я видел, как он складывает мои слова в голове, переворачивает их, ищет подвох.

— Тогда почему вы пришли сейчас?

— Потому что как раз сейчас мне нужен рациональный человек. Тот, кто умеет считать, анализировать, видеть расклады. Тот, кто не полезет в драку, а найдёт способ её избежать или выиграть до того, как она начнётся.

Тишина в комнате стала гуще. Варя снова подняла голову и посмотрела на меня с выражением «ну вот, я же говорила, что он подозрительный», а потом перевела взгляд на брата, явно ожидая, что тот немедленно укажет мне на дверь.

— Что конкретно вы предлагаете?

Я рассказал ему про страховки.

Не всё, конечно, потому что доверять первому встречному все детали было бы глупо, но достаточно, чтобы он понял суть. Ходоки уходят в Мёртвые земли и часто не возвращаются, а их семьи остаются ни с чем. Я предлагаю им платить небольшую сумму каждый месяц, а взамен обещаю, что если они погибнут, их семьи получат деньги. Много денег, достаточно, чтобы не голодать год или два. Ходоков в Сечи тысячи, и если хотя бы треть согласится, ежемесячные взносы будут превышать выплаты, потому что гибнут далеко не все и далеко не сразу.