И самое ужасное заключалось в том, что иногда он всё-таки смотрел на них. Не то чтобы проявлял интерес, но ему достаточно было поднять глаза, чтобы очередная поклонница расцвела от счастья.
Сначала меня это смешило. Грей никогда не отличался особой общительностью и не слишком любил чужое внимание. Но постепенно его поклонницы начали действовать мне на нервы. Причём настолько, что я порой сама не понимала, почему меня так задевает чужое желание оказаться рядом с ним.
Ведь Грей не был моей собственностью.
И сегодня я снова убеждалась в этом.
Я стояла возле шкафчиков, пытаясь найти нужную тетрадь, когда услышала знакомый женский смех. Подняла голову и увидела Грея возле окна.
Рядом с ним стояла Эмма.
Я даже не сразу поверила собственным глазам.
Из всех девушек в школе он выбрал именно её для беседы?
Хотя, если быть честной, Грей никого не выбирал. Это Эмма сама устроилась рядом с ним, словно имела на это полное право.
Она стояла так близко, что между ними почти не оставалось места, а её рука лежала у него на плече. Девушка что-то рассказывала, то и дело смеялась и запрокидывала голову, словно Грей произносил самые смешные шутки на свете.
Я невольно задержала взгляд.
Грей выглядел не особенно довольным. Скорее, терпел происходящее, хотя мне было сложно представить, чтобы он долго выносил что-то против своей воли.
Но почему он просто не отодвинулся?
Эмма наклонилась к нему ближе и что-то прошептала.
Я сильнее сжала тетрадь.
Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезло!
Почему именно Эмма? Моя уже бывшая подруга. И не без участия Грея. Косвенно, конечно, но всё же.
В памяти мгновенно всплыл тот день, когда я увидела её в компании девочек. Они стояли возле лестницы и обсуждали Грея. Смеялись над его одеждой, над тем, где он жил, над его семьёй. Эмма говорила громче остальных, словно особенно гордилась тем, что могла позволить себе такие слова.
А потом она заговорила обо мне.
Сказала, что мне не стоило водиться с таким мальчиком. Что я могла бы найти себе друзей получше. И ещё кое-что, после чего я уже не смогла просто пройти мимо.
Я до сих пор помнила, как бросилась на неё с кулаками. Помнила крики девочек, собственную злость и то, как потом Грей обрабатывал царапину на моей щеке.
Он спросил, что произошло. А я сказала, что Эмма оскорбила мою кофту.
Не знала, поверил ли он. Но настоящую причину я так и не назвала.
И теперь эта же девочка стояла рядом с ним, улыбалась и держалась так, будто они были старыми друзьями.
Какое лицемерие!
Я перевела взгляд на её ладонь, лежавшую на плече Грея. Мне вдруг захотелось подойти и убрать её оттуда. Просто взять за запястье и отодвинуть. А заодно напомнить Эмме, что ещё недавно она считала Грея недостойным даже разговора.