— Она говорила правильно, — утвердил жом.

— А я…

Всхлипы наконец превратились в рыдание, и жом притянул к себе девушку. А про себя отметил, что обращение «тора» ей более, чем привычно.

Тора, не жама.

И как с этим жить дальше?

Долго Ида себе расклеиваться не позволила. Минут десять — и довольно. Яна вспомнилась, потом еще мать, Аделина Шеллес-Альденская. Она смотрела прищуренными голубыми глазами, вскидывала голову и надменно пожимала плечами.

Кто-то смел не оценить дарованное ему судьбой счастье? Радуйтесь, дитя мое, что разобрались вовремя, идиоты нам не нужны.

Еще и Полкан сопел рядом. И мужчина, который обнимал Иду… от него пахло почти так же, как от отца. Петер Воронов тоже любил хороший табак, хотя курил редко.

— Тор Константин? — тихо позвала Ида.

— Жом Константин, к вашим услугам.

Ладно. Был он некогда тором. Но ни к чему сейчас вспоминать ту фамилию и ту семью. Только имя и осталось.

— Жом Константин, я вас знаю?

— Знаете. Я тот счастливец, что сломал ногу.

— Счастливец?

— Иначе я не знал бы вас.

Ида помолчала пару минут. Подумала.

— Жом Константин, я благодарна вам за участие. Надеюсь, этот случай останется между нами?

— Конечно…

И в этот момент чьи-то руки дернули дверцу кладовки.

— Ида?

Стас уже был вполне подтянут, застегнут на все пуговицы и очарователен. И не скажешь, что минут десять назад…

Иду опять замутило.

— Ида, вы позволите вас проводить? — Константин понял, что устраивать скандал сейчас не лучшая идея, равно, как и ругаться, спорить, драться…

Ни к чему.

Ида коснулась пальчиками его локтя.

— Жом, я вам буду очень благодарна.

— А что вы тут делали? — прорезался голос у Станислава.

Куда там!

Когда не знаешь, что делать, старательно соблюдай все правила приличия. И улыбайся, это так бесит твоего врага.

Ида подняла брови.

— Очень смело с вашей стороны предполагать, что это как-то вас касается.

И вышла раньше, чем Стас смог выдавить из ее слов смысловую нагрузку.

В палате Ида помогла Урагану улечься в кровать, расправила оделяло и покачала головой, заметив окурок, который рыцарь Освобождения не успел никуда запихать.

— Давайте сюда, я выброшу.

— Благодарю вас, тора.

— Полагаю, вы меня можете называть просто Ида.

— А полностью?

— Зинаида.

— У вас очень красивое имя, тора Зинаида. Скажите, чем я могу вам помочь, в сложившейся ситуации?

Ида задумалась.

А чего она сама хочет? Есть несколько вариантов, и проанализировать стоило все.

С одной стороны… устроить скандал? Тому есть несколько препятствий. Первое — это вульгарно. Второе — Стас ей ничего не обещал, а что улыбался и выделять стал… ну так что же? Все равно в доходные комнаты к себе он вернулся, у нее не остался, так что это ничего не значит. Третье — ей придется или перейти в другое отделение, или уйти из больницы. Четвертое — она себя на весь свет опозорит, выставив дурой…