— Проходите, жама. Что-то выпить?

— Не пью.

— Тогда просто присаживайтесь. Что привело вас ко мне?

— Яна Воронова, — коротко ответила жама. — Кто это?

Тигр порадовался, что ничего не налил. Впрочем, слюной он тоже отлично подавился, и едва не скончался на глазах у дамы, отчаянно откашливаясь и отплевываясь.

— Кха! ТЬФУ!!! КТО⁉ КАК⁉

Вопросов было очень много, пришлось их сплевывать вместе со слюнями, но жама поняла. И разъяснила подробно и обстоятельно. Были и у нее хорошие качества. Она искренне считала, что вокруг все дураки, а значит,и разговаривать с ними надо доходчиво. Объяснять по десять раз и не обижаться, если дойдет только на одиннадцатый. Ну дураки же!

— Я приехала к мужу, и обнаружила, что он расстроен,

Тигр едва не подавился вторично. Расстроен? Да трехсотлетний клавесин — и тот не был бы расстроен больше! Валежный уже взял Беркут, считай, полстраны в руках врага, договориться не получается, на столицу он идет с четко выраженными намерениями, и за Петера им прилетит, тут и к гадалке не ходи.

Лионесцы помогать отказались, Борхум закрыт, Ламермур — как получится, но добираться туда сложно. А вот Валежному несложно, он скоро будет в Звенигороде.

Конечно, ведется агитация.

Конечно пропаганда работает. Но в том-то и беда, что работает она с обеих сторон!

Пламенный яро убеждает, что торам власть давать нельзя. Вся власть должна принадлежать народу,земля крестьянам, фабрики — рабочим, понятно, не всем,а отдельным представителям, но о таких пошлостях стараются не упоминать. Вот еще не хватало!

И народ верит.

Войско растет, но — медленно.

Плохо как-то с этим делом сообразуется продразверстка. А проводить ее приходится, Петер,чтоб ему на том свете век на ежиках голым задом, страну оставил в глубокой разрухе. Так что…

Поди, убеди людей,что им нужно воевать за тех, кто обрекает их на голод. Кто-то пойдет,понятно, но качество таких войск оставляет желать лучшего.

А «классово близкие», с которыми сведено знакомство по тюрьмам, тоже в бой не рвутся, им своя шкура ценнее собольей.

Валежный тоже вел пропаганду. И нельзя сказать, что безуспешную.

Разоренная страна, голод, холод,и вообще — при императоре было лучше!

А поскольку при нем действительно было… не хуже, скажем так, народ слушал. Да и убийство императорской семьи Пламенному плюсов не добавило.

Он-то рассудил так: нет человека, нет и проблемы. А поди ж ты! Мертвый Петер оказался хуже живого. Живой был тупым и трусливым. Мертвый…

Что тут скажешь?

Любит у нас народ мучеников! И поди, объясни, что за все его дела Петеру еще мало досталось! Не помучился как следует! Если найдется выживший потомок императорского рода, то Валежному и трудиться особо не придется. Народ к нему кинется.